Но учти — по Сомме уже формируется целый фронт из резервных дивизий, и переправа через реку легкой не будет. Но нам надо продвигаться дальше, а там выйдем к Сене. А пока стоит полюбоваться красотами Ла-Манша — именно здесь Бонапарт разбил лагерь, чтобы высадить свои войска на Острове.
Командующий «Конной группой» генерал-полковник Август фон Макензен в своем неизменном гусарском ментике и мохнатой шапкой с эмблемой «адамовой головы», что была символом его подшефного полка «бессмертных» гусар, усмехнулся, разглядывая синюю гладь пролива. Город был заполнен германской кавалерией — усталые и исхудавшие за три недели беспрерывного наступления лошади только мотали головами. Да и люди чуть ли не сваливались с ног — хотя и были привычны знаменитые «кайзермарши», но одно дело на учениях, и совсем иное на войне, под пулеметным и артиллерийским обстрелом противника. Тут и потери, и постоянная нервотрепка — приходится разворачиваться из походных колонн для решительных атак.
— Только лагерь ему пришлось свернуть, экселенц, когда узнал о Трафальгарском несчастье. Да и австрийцы выступили тогда, только под Кульмом были окружены и принуждены к капитуляции. Видимо, воспоминания над ними довлеют, потому сейчас очень осторожничают, до сих пор войну французам и англичанам не объявили.
— Почему, экселенц, ведь это очевидно?
— Их опутали долгами по рукам и ногам, как прежде русского монарха, только царь сумел отказаться от такой помощи. А вот «коротышка» не сможет — зря они столько лет истерично себя вели, призывая к реваншу за Лиссу. Союз Вены и Рима противоестественен — рано или поздно они передерутся между собой, и я ставлю на австрийцев.
— Пожалуй, и тут вы как всегда правы, экселенц.
Скорее всего, австрийцы сильно обрадуются — у них будет законный повод начать войну со своим соседом, к которому у них накопилось множество неразрешимых тяжб. Да и «казус белли» найдется — недаром австрияки флот в Катарскую бухту перевели, оттуда да албанской Валлоны, где сейчас турки формально защищаются от возможной высадки франко-английских войск, рукой подать. Все сейчас будет решать одно обстоятельство — куда французы отправят из Алжира свой колониальный корпус — четыре самых лучших дивизии, наиболее опасных, так как солдаты обстреляны в беспрерывных стычках с берберами или таурегами. Если во Францию, то это одно дело, но как только транспорты пойдут в Тунис и дальше до Египта, ситуация обострится до крайности.
