Краска оказалась заурядной, распространённой очень широко, не представлялось возможным сказать где, когда и при каких обстоятельствах она попала на инструмент.
Казалось, что всё случившееся явилось результатом неудачного ограбления, однако ещё до того, как полицейские и криминалисты покинули место совершения преступления, поступило сообщение, заставившее взглянуть на трагедию под неожиданным углом."
"Женщина, проживавшая в домовладении, примыкавшем к заднему двору дома Виттхун, сообщила полицейским, что утром обнаружила странность, объяснить которую не смогла. Стеклянная дверь, ведущая во двор, помимо замка блокировалась специально изготовленной накидной скобой, не позволявшей раздвинуть створки. Уходя накануне вечером из дома, женщина удостоверилась в том, что скоба находится на своём месте. А утром 6 февраля к немалому собственному изумлению хозяйка дома обнаружила её лежащей рядом с дверью в гостиной. Никаким рывком снаружи или случайным выпадением объяснить подобное было невозможно — скобу можно было снять только при открывании двери изнутри дома.
В этой связи остаётся добавить, что телевизор, найденный во дворе дома Виттхун, стоял подле того самого забора, за которым находилось домовладение заявительницы. Эта деталь заставляла думать, будто грабитель выносил вещи через упомянутый двор. Однако последующий сбор информации привёл детективов к выводу, что это вряд ли было возможно.
Кадр из полицейской видеозаписи, сделанной во дворе дома №35 по улице Коламбус в Ирвайне, явившимся местом убийства Мануэлы Виттхун. Можно видеть телевизор, вынесенный из гостиной и поставленный в углу двора подле забора. Его как будто использовали в качестве подставки для облегчения преодоления забора, однако всесторонний анализ деталей заставляет усомниться в том, что преступник действительно уходил этим путём.
Дело заключалось в том, что соседка вернулась домой около 23 часов, а Мануэла Виттхун — примерно в половине двенадцатого ночи. Она работала ипотечным брокером, практически всё время проводила на людях, а 5 февраля являлся четвергом, т.е. рабочим днём, а потому восстановить все перемещения Мануэлы в тот день особых проблем для полиции не составило. Таким образом, получалось, что грабителю пришлось бы выносить вещи, взятые с места убийства, рискуя быть замеченным соседкой. Такое предположение казалось абсурдным. Можно было, конечно, предположить и иное, например, будто сначала была убита Мануэла Виттхун, а уже после этого последовало проникновение в дом соседки, но и в таком сценарии хватало кретинизма. Преступник должен был быть напрочь лишён всякого инстинкта самосохранения, если действительно полез в дом, рядом с тем, где только что совершил убийство.