Он отрицательно отнесся к восстановлению на французском троне Людовика XVIII в. и сам принял участие в составлении для Франции конституционной «Хартии». Она гарантировала равенство всех граждан Франции перед законом, религиозную веротерпимость и сохраняла в неприкосновенности Гражданский кодекс Наполеона — этот свод законов уже нового буржуазного общества. Исполнительная власть оставалась за королем, но «Хартия» устанавливала в стране двухпалатную Ассамблею — парламент. Она имела ограниченную законодательную власть: без права инициировать законы, но с правом отвергать законопроекты, предложенные королем. Отстояв эту «Хартию», Александр I тем самым продолжил свои конституционные реформы, которые он с оглядкой начал в России, более решительно — в Финляндии, а теперь и во Франции.
Венский конгресс. 30 мая 1814 г. победители продиктовали поверженной Франции условия мирного договора. Наполеон был сослан на остров Эльба. Франция лишилась всех своих завоеваний в Европе и была ограничена довоенными территориями. Её приобретения на Аппенинах — в Северной Италии и на Адриатическом побережье — отошли к Австрии; завоеванные Наполеоном Бельгия и Голландия отныне объединились и превращались в независимое Нидерландское королевство. Ключевая стратегическая позиция на Средиземном море — остров Мальта — была передана Англии. Потеряла Франция в пользу Англии и часть своих заморских владений.
Однако это было лишь началом политического переустройства Европы. Своей судьбы ждали Царство Польское, немецкие государства. Если претензии Англии и Австрии были в какой-то степени удовлетворены, то Россия и Пруссия ещё ждали благодарности от союзников за свой вклад в дело сокрушения Наполеона и перенесенные невзгоды, потери и разрушения.
Там же в Париже состоялась договоренность о решении дальнейших судеб Европы в Вене на общеевропейском конгрессе.
И вот теплой и ясной осенью 1814 г. в Вене собрались устроители судеб европейского континента. На Венском конгрессе присутствовало 2 императора, 4 короля, 2 принца, 3 великих герцога, 215 глав княжеских домов, 450 дипломатов. Это было пышное собрание.
Но уже в первые дни Венского конгресса европейские острословы довольно метко охарактеризовали его работу следующими словами: «Конгресс танцует, но не движется». И это было справедливо, потому что сразу же между победителями возникли непреодолимые противоречия, особенно между тремя наиболее влиятельными на континенте державами — Англией, Россией и Австрией, каждая из которых претендовала на доминирующую роль в послевоенной Европе.