Нил Гейман превратил рассказ о кладбище в культовую серию книг, ставшие бестселлерами по всему миру. Очередная история из серии удостоена почетной премии Джона Ньюбери за лучшую детскую книгу. Посетите сайт Геймана для детей www.mousecircus.com, где вы найдете еще больше произведений с таким же невероятным потенциалом и глубиной смыслов....
Соберешь мне букетик на могилку?
Никт набрал красных и желтых настурций и принес их к надгробию матушки Хоррор. Ее могильный камень так истерся и потрескался от непогоды, что на нем, к недоумению местных краеведов, осталось только две буквы: «ХО»
Никт уважительно положил цветы перед камнем.
Матушка Хоррор улыбнулась ему:
— Славный ты паренек! Уж и не знаю, что мы без тебя будем делать!
— Спасибо, — ответил Никт. — А где все? Вы первая, кого я сегодня увидел.
Матушка Хоррор испытующе посмотрела на него.
— А что с твоим лбом?
— Ушибся о могилу мистера Джонса. Она была твердая…
Матушка Хоррор поджала губы и насупилась. Яркие глаза из-под капора внимательно осмотрели Никта.
— Я назвала тебя мальчиком, да? Но время летит быстро, ты теперь молодой человек, разве не так? Сколько тебе годков-то?
— Пятнадцать или вроде того. Только я такой же, как раньше.
Матушка Хоррор перебила его:
— А я все такая же девчонка, тонкая, как былинка, которая плела на старом пастбище венки из ромашек! Ты всегда ты, но ты меняешься, и с этим ничего не поделаешь.
Она присела на свое разбитое надгробие.
— Помню ночь, когда ты к нам пришел… Я им говорю: «Нельзя малыша отпускать», и твоя мама тоже. А они все спорят да голосят, пока не приехала Всадница на белом коне. «Народ Кладбища, — говорит, — послушайте матушку Хоррор. Неужто в вас не осталось ни капли милосердия?» И тогда все со мной согласились.
Ее голос стих. Старушка покачала маленькой головой.
— Тут у нас мало что происходит, все дни как один.
Она встала, вытащила из рукава замусоленный лоскуток, поплевала на него, встала на цыпочки и стерла кровь со лба Никта.
— Вот так-то лучше, — строго сказала она. — А то и не знаю, когда в следующий раз тебя увижу. Всего тебе доброго!
С каким-то странным чувством неловкости Никт отправился к гробнице Оуэнсов.
Отец и мать, к его радости, ждали Никта перед домом.
Отец шагнул вперед:
— Добрый вечер, Никт! Надеюсь, ты в добром здравии.
— Не жалуюсь, — ответил Никт.
Так мистер Оуэнс всегда отвечал приятелям.
Мистер Оуэнс продолжал:
— Мы с миссис Оуэнс всю жизнь мечтали о своем чаде. И лучшего воспитанника, чем ты, и быть не могло.
