Встреча соискательницы Ледогоровой и профессора разгорается жестоким соприкосновением. Соискательница улыбается сочиво, придвигая лист ведомости, а тот, казалось бы, готовый объявить ей хорошие новости, вместо этого подводит ее к печальной реальности: отказ от зачета кандидатской диссертации. Атмосфера скользкая и неловкая, словно гадливая капля на лбу человека, который не смог облегчить тяжести....
Да, произошло ЧП, целый каскад нестандартных ситуаций, но прокурор держит руку на пульсе, во все вник, во всем разобрался и купировал без лишнего шума в полном соответствии с генеральной линией партии.
Мертвых не воскресить, сказал секретарь, и Федор это знает. Глаша лежит в земле и никогда не вернется к нему. И эта девочка Яна Михайловна тоже была на волоске от смерти, потому что когда-то Костенко гнался за показателями. Мертвые не воскреснут, но могут убивать живых.
– Я распорядился начать масштабную проверку, – сказал Федор.
– Это вы поспешили, – хохотнул секретарь, – но можно же ее свернуть…
– Боюсь, нельзя.
– Федор Константинович! Вы понимаете, что может начаться, если информация утечет в народ? Милиционер – маньяк, следователь какой-то гестаповец! Что люди подумают о всей нашей государственной системе?
Федор пожал плечами:
– Что подумают? Что система живая. Движется, совершает ошибки, замечает их, исправляет, развивается. Залечивает раны…
– Хорошенькие ошибочки.
– Какие уж есть. Существуют, к сожалению, хитрые и изворотливые люди, которым удается проникнуть во власть, но если мы будем их разоблачать, то люди поймут, что это чужеродный элемент, который отторгается системой, а не имманентно присущая ей ткань.
– Эк вы завернули! А что ж через двадцать лет-то только отторгает их ваша система, а не на этапе отдела кадров, спросят граждане.
Федор засмеялся:
– Извинимся, что делать.
– Нет, дорогой мой, мы не можем допустить такой дискредитации правоохранительных органов в глазах общественности.
– Не хочу говорить до результатов проверки, но мне кажется, он сам себя ошельмовал.
– Неужели вам не понятно, что я имею в виду? – Секретарь начал терять терпение. – Вы умный человек, Федор Константинович, не притворяйтесь дурачком!
Федор допил коньяк, потому что тот действительно был очень хорош, а после угоститься случая может и не представится.
– Я понимаю, что обожествление системы ведет к ее смерти, – вздохнул он, – а мертвое божество требует, к сожалению, живой человеческой крови.
Секретарь нахмурился:
– Что вы несете?
– Когда система мертва, она убивает. Трое юношей погибли, мой молодой специалист едва не лишился жизни именно из-за замалчивания и идеализации, и это только один случай.
