У молодого следователя Яны Подгорной все валится из рук. Коллеги не воспринимают ее всерьез, начальство не прощает промахи, которые она совершает один за другим. И конечно же, никто не верит ее гипотезе, что в городе орудует маньяк-убийца. Чтобы понять, как действовать дальше, она обращается к старым делам своего наставника, легендарного следователя Костенко, но вместо подсказок находит там странные несостыковки....
А сколько крови пролилось ради светлого лика системы по всей стране?
– Вы понимаете, что за такие слова положите партбилет на стол?
– Если товарищи решат, положу. Но проверку не отзову. Молчать больше нельзя.
⁂Евгений вбежал к Лиде, схватил ее в охапку и поволок на диван.
– А что бы нам не посидеть, не пофилософствовать? – засмеялась она, отбрыкиваясь. – Ты мне расскажешь за какую-нибудь там диалектику.
– Рембрандта читала? Нет? В постель!
Евгений одновременно целовал Лиду, скидывал куртку и снимал ботинки.
"– Нет, я хочу культурно развиваться, хочу вооружиться тем, чем ты там хотел меня вооружить для научной работы.
– Я больше не твой препод, так что прошляпила ты, мать, свое счастье! – с пафосом проговорил Евгений, но, взглянув Лиде в глаза, немного опомнился и выдохнул: – Извини, просто я шалею, когда тебя вижу. Давай просто посидим, и все.
– У тебя сколько времени?
– Минут двадцать. Ты устала?
– Да, сегодня весь день на ногах, сплошные пункции.
– Все-все, не будем. – Евгений притянул Лиду к себе.
– Женя, что на работе? Тебе вернули занятия?
– Да. Хотя я уже втянулся рефераты проверять.
Евгений не рассказывал Лидии, что завкафедрой, хоть и восстановил его в правах, оставался холоден и сух, по-прежнему называл «молодым человеком» и сказал, что хоть правда выяснилась и он очень рад, что с товарища Павла Горькова посмертно сняты все обвинения, но не будем забывать, что вы, молодой человек, проявили себя не с самой лучшей стороны, продемонстрировали нам эгоизм и полное равнодушие к интересам коллектива, поэтому доверия вам больше нет и не будет.
– Хочешь, в море иди, – сказала Лидия, – как распишемся, так и иди сразу, я за твоей мамой присмотрю.
Евгений улыбнулся. Всего две недели, и не надо будет никуда бежать и торопиться, потому что Лида войдет в его дом молодой женой. Как она поладит с мамой, пока загадка, но в море он точно не пойдет.
– Пока попротираю еще штаны на кафедре, – сказал он.
– Кажется, Жень, я отдохнула. Может, успеем еще?
Он покосился на часы. Минутная стрелка как раз с глухим щелчком перескочила одно деление.
– Нет, побегу.
– Смотри…
– Знаешь, Лид, мне до сих пор не дает покоя мысль, что Яна тогда чуть не погибла из-за меня. Если бы я не застрял с тобой, то успел бы его остановить.
– Понимаю. С тех пор как начала самостоятельно работать, мне тоже часто не дают покоя такие мысли.
