Автор
В двенадцать минут пятнадцати ночи, когда мир еще погружен в тишину, что-то необычное произошло. Сторожем организма была прервана мелодичная кошачья лапа, вместо ожидаемого громкого звука угрозы. Что скрывает этот ночной подъем? В помещении царит шепот, будто ветер сильного шторма прошелся по комнате. Глаза медленно привыкают к темноте, и все равно не видно ни призраков, ни живых существ — только тихий шорох воздуха....
Если бы не его ментальное «дыхание», Ростислав усомнился бы, что перед ними Финист, меч Святогора, оператор гипервоздействия, созданный самим Творцом Веера для его защиты.
– Это все, что вы хотели от меня? – вежливо поинтересовался Инсект.
– Все, спасибо, – пробормотал Ростислав В наушниках рации послышалось неровное дыхание Сухова-старшего, наконец сумевшего сбросить с себя паука заклятия.
– Одну минуту, дружище. Нам бы не помешала еще одна вещица.
– Может, не стоит рисковать? – вмешался в разговор Такэда.
– Что за вещица? – спросил Ростислав.
– ""Умертвие"". Я понимаю, что в отличие от Финиста оно создано не Творцом, а Люцифером, и не для защиты жизни, а для разрушения и смерти. Но пусть лучше оно будет у нас, чем у Дуггура. Мало ли что взбредет ему в голову!
– Разве «умертвие» не заблокировано Повелением Семерых, как и меч?
– Заблокировано, однако вдруг Дуггуру удастся его оживить?
Ростислав задумался. Что-то смущало его во всей этой ситуации, но что именно – поймать так и не удалось.
– В принципе я не возражаю.
– Побыстрее, соратники, – поторопил их Инсект. – Я чую угрозу. Сторожевая система владений игвы Дуггура начинает просыпаться.
– Подключаемся к общему каналу и ищем «умертвие»! – решил Никита.
Повторилась процедура вхождения в общую сферу магического видения и оперирования, пронизавшую математический «дворец» Дуггура и высветившую все хранившиеся в коконах гиперупаковки объекты.
«Умертвие» удалось найти через несколько минут – по «запаху» тихой, но отчетливо звенящей враждебности.
Инсект перепрыгнул несколько потоков серой жижи, приблизился к холмику, на котором лежало «умертвие», с любопытством обследовал его, шевеля усиками. Затем взлетел и умчался куда-то к дальним холмам.
Люди тоже подошли ближе к «умертвию», больше всего походившему на головешку, приделанную к рукояти «маузера». Трудно было поверить, что перед ними абсолютное оружие, способное остановить любые внутриядерные процессы, даже такие, как виртуальные осцилляции вакуума.
– С вашего разрешения я возьму эту штуку, – сказал Никита, без особого труда преодолевая ручьи серой жижи. Наклонился над «маузером», протянул руку и отдернул. – Дим, оно не взорвется?
– Сейчас, пап.
