Автор
В двенадцать минут пятнадцати ночи, когда мир еще погружен в тишину, что-то необычное произошло. Сторожем организма была прервана мелодичная кошачья лапа, вместо ожидаемого громкого звука угрозы. Что скрывает этот ночной подъем? В помещении царит шепот, будто ветер сильного шторма прошелся по комнате. Глаза медленно привыкают к темноте, и все равно не видно ни призраков, ни живых существ — только тихий шорох воздуха....
Шар упруго отскочил и вдруг задымился, резко увеличился в размерах и развернулся огромной чашей, внутри которой оказался некий сложный механизм с тремя парами ног и панцирем наподобие черепашьего.
Ростислав, отшатнувшийся и ожидавший взрыва, с облегчением перевел дух.
– Дьявольщина! Это же просто субпространственная упаковка! Мы такое уже проходили.
– Похоже, ты прав, капитан, – отозвался Никита. – Универсальной сверткой пользуются все технологически развитые цивилизации Шаданакара. Не брезгуют ею и демономаги, хотя их методы упаковки отличаются от научно разработанных технологий.
– Да, пап, – стеснительно подтвердил Будимир. – Каждый такой шар – трехмерная реализация заклинания. Внутри же они многомерны.
– Что будем делать? Вскрывать каждую упаковку или попробуем найти меч по его ауре?
– Прошу вас поторопиться, соратники, – сказал Инсект, обходя чашевидный зал кругом и ощупывая его стены усиками. – Я здесь долго оставаться не могу.
– Объединяемся! – решил Сухов-старший. – Здесь миллионы шаров, перебирать их один за другим – только зря терять время.
Они снова объединили поля внимания и чувственного восприятия, что намного усиливало их возможности ориентироваться в более сложных континуумах, нежели трехмерное пространство.
И тотчас же «склад» Дуггура отреагировал на это, превращаясь в холмистую равнину, коричнево-красная почва которой поросла светящейся серебристой шерстью. Небо над равниной осталось прежним, похожим на металлическое зеркало, не изменились и шары. Зато между холмами появились ручьи и реки вязкой, медленно текущей серой жижи.
– Какого хрена? – осведомился Сухов-старший. – Мы же еще ничего не трогали.
– Это фрактальная пыль, пап, – откликнулся Будимир. – Вернее, ее проекция на пространство с более низкой размерностью. Система реагирует на ввод любой информации, в том числе на наши биополя.
– Сплошная математика, а не природа! Как тут можно жить, ума не приложу! Начали поиск, сеньоры!
Равнина с бело-седой шерстью не изменилась, а вот шары либо почернели, либо тускло засветились изнутри всеми оттенками красного цвета: багровым, малиновым, коричневым, оранжевым и очень редко – желтым.
