В гостиной светлая мелодия подсвечников создает непринужденную атмосферу теплого уюта, где можно отдохнуть после напряженного дня. Открывая дверь в просторную гостиную, ты словно шагаешь через порог смертельной опасности прямо в мир удивительной спокойствия и уютного комфорта....
Звуки битвы нарастали, а я сидела неподвижно, жадно прислушиваясь. Сердце бешено колотилось в груди. Потом дверь в комнату с грохотом распахнулась, и в проеме, залитом ярким светом факелов, возникла высокая фигура.
Король.
Он был весь в крови. Его одежда пропиталась темно-алой жидкостью, тяжелые капли стекали по пальцам, падая на камень пола. Клинок, обычно сверкающий холодной сталью, теперь был матовым от подсыхающей крови. Лицо – искажено яростью, а вокруг него клубилась тьма.
Его величество пылал гневом, и взгляд обещал предателям лишь смерть.
– Юсиль, – тихо произнес он и сделал шаг ко мне, но вдруг остановился.
Вглядевшись в его глаза, я увидела там тревогу – страх перед моей реакцией на его вид. А я… просто была счастлива, что он здесь.
– Ты в порядке? – беспокойно оглядел меня жених.
– Да, – ответила я, слегка улыбнувшись.
Встав, не отрывая от него взгляда, я подошла и прикоснулась ладонью к его щеке. Глаза короля были полны тоски и вины.
– Прости… – тихо сказал он, прикрыв веки и прижимаясь щекой к моей ладони.
– Все хорошо. Ты же пришел. Как ты так быстро меня отыскал?
– Кольцо, – коротко ответил король. – Спасибо, что дождалась.
– Женщины готовы ждать любимого вечность. Мы идем домой?
– Побудь пока здесь, – резко попросил он и уже повернулся к выходу.
Но я не послушалась и шагнула за ним. Его величество хотел уберечь меня от жестокости этого мира, но… Я не была наивной девочкой. Я прекрасно знала, чем заканчивались заговоры.
Коридоры и немногочисленные комнаты этого места превратились в ад.
"Тела лежали в лужах крови, воздух был густым от ее запаха – медного, удушливого. Одни – мертвые, другие – еще живые, но уже без рук. Король не стал разбирать, кто именно касался меня. Похищение дочери вассала каралось смертью, а похищение невесты короля… Вряд ли наказание было гуманнее.
Хуз, бледный как смерть, стоял на коленях перед королем, прижимая к себе культяпки окровавленных рук. Его лицо исказила боль, но он не кричал – лишь хрипел, задыхаясь, как рыба, выброшенная на берег.
– Как ты посмел?
Король поднял меч. Лезвие сверкнуло в отблесках пламени. Хуз зажмурился.
Я шагнула вперед и перехватила руку его величества, не давая совершить казнь. Король замер, вопросительно глядя на меня. Так же на нас смотрели и его воины. Нельзя поступить неправильно.
– Я хочу, чтобы его ждал… публичный суд, – криво усмехнулась я. – На площади.
Хуз открыл глаза, в них мелькнуло отчаяние.
