В гостиной светлая мелодия подсвечников создает непринужденную атмосферу теплого уюта, где можно отдохнуть после напряженного дня. Открывая дверь в просторную гостиную, ты словно шагаешь через порог смертельной опасности прямо в мир удивительной спокойствия и уютного комфорта....
В зале уже собрались три девушки и по десять человек стражи у каждого края прямоугольного помещения. Впереди, на возвышении, стоял золотой трон, который в данный момент пустовал. Зал был светлым, просторным, с помпезной отделкой.
Сколько же в этом мире было красок, золота, серебра и росписей! Стены, потолок, даже пол – все было покрыто затейливыми узорами. Если бы дизайнеры с Земли увидели это, у них бы кровь из глаз пошла. Но здесь это чужая культура, и ее нужно было просто принять.
Встав первой среди девушек, я почувствовала на себе изучающие взгляды.
– Его величество Роус Кардар.
Голос церемониймейстера прозвучал, как удар колокола, заставив всех замереть. Мы синхронно склонились в поклоне и не разгибались, пока его величество не занял свое место и не позволил нам выпрямиться.
"Подняв голову, я невольно скользнула взглядом по монарху вверх: черные сапоги из тонкой кожи, легкие черные штаны и рубашка, расшитые такими же нитями. Поверх была накинута безрукавка до колен – почти прозрачная, невесомая, но идеально подогнанная по фигуре. Довольно аскетичный наряд для короля.
Его величество окинул взглядом всех девушек, и наши глаза встретились. Я замерла перед этим мужчиной, не в силах пошевелиться.
Угольно-черные волосы короля, длинные и густые, тяжелым каскадом ниспадали на плечи. Их прижимала к вискам корона из темного серебра, чьи острые зубья, словно когти хищной твари, устремлялись вверх.
Сама хищная тварь смотрела на мир глазами насыщенно-красного цвета, ярко сверкающими на фоне бледной кожи – как раскаленные угли или свежая кровь.
Черты лица – резкие, словно высеченные из камня: высокие скулы, квадратный подбородок, тонкий нос с легкой горбинкой. Каждая линия казалась идеальной, но лишенной тепла. Темные, слегка изломанные брови придавали лицу диковатый, почти звериный облик.
