Избранный — это дьявольская история о тайных войнах между вампирами и людьми, где каждый шаг может быть последним. В мире, где мстить стало привычкой героев Братства Черного Кинжала, а Древний Язык ускользает из памяти, герой найдет нечто большее, чем просто защитник своего вида — он станет самим избранным....
Когда она протянула ему блюдо, рвотный рефлекс нажал на кнопку «пуск», и Куин едва не выложил всю вкуснятину, приготовленную Лирик, на оставшиеся тосты.
— Думаю, мне стоит передохнуть перед вторым заходом.
Или уже восьмым по счету?
— Да, сынок, ты много слопал, — согласился отец Блэя, который, как и сам Куин, откинулся на спинку стула. — Давно не было основательной трапезы? Чем вас кормит Фритц, капустой кале и тофу?
— Да… так… — на самом деле, после ухода Блэя у него исчез аппетит. — Дела, дела.
— Ты слишком много работаешь, — сказала Лирик, устраивая тезку на руках. — Правда же? Твой папочка трудоголик.
Маленькая Лирик заворковала в нужный момент… словно поставила целью растрогать свою бабушку.
— Она так похожа на Лейлу. — Лирик посмотрела на своего хеллрена. — Ведь правда? Она будет настоящей красавицей, когда подрастет.
Рок кивнул и отсалютовал кружкой Куину и Блэю.
— Хорошо, что вы, парни, метко стреляете.
Блэй ответил:
— Она будет учиться самозащите.
Когда парень внезапно замолчал и перевел взгляд на окна, Куин пробормотал:
— Все верно. И ты научишь ее. Да, Блэй?
Мужчина не ответил, и Лирик посмотрела на Куина.
— Я приватизировала твою дочь, да? За всю ночь ни разу не дала ее тебе в руки.
Женщина повернула к нему девочку, и увидев черты лица, точной копии ее мамэн, Куин отшатнулся… но быстро взял себя в руки.
— Ничего страшного. Но спасибо.
Он демонстративно отклонился и обратился к Рэмпу, который устроился на руках Рока:
— Тебя мы тоже научим сражаться.
— Ты собираешься привлечь его к сражениям? — спросила Лирик. — В смысле, может, он выберет другой жизненный путь…
— Он — сын Брата, — перебил ее Блэй, поднимаясь. — Поэтому пойдет по стопам отца."
"Мужчина взял свою тарелку и тарелку своей мамэн, и направился к раковине.
— О, Куин, возьми малышку, — сказала женщина.
Куин покачал головой.
— Ты можешь положить ее в переноску? Я помогу с тарелками.
— А тебе, — пробормотал отец Блэя своей шеллан, — нужно разгрузить ногу. В кровать. Пошли.
— Я должна убраться.
— Нет, — уверенно ответил Блэй. — ты готовишь, я убираю, забыла?
— Лирик, прислушайся к своему сыну.
Когда пара завела очередной изящный, почтительный спор в своей манере, Куин отчаянно пытался поймать взгляд Блэя, пока они вместе таскали блюда и тарелки, кувшины и кружки с кухонного острова.
Блэй не поддавался.
