Избранный — это дьявольская история о тайных войнах между вампирами и людьми, где каждый шаг может быть последним. В мире, где мстить стало привычкой героев Братства Черного Кинжала, а Древний Язык ускользает из памяти, герой найдет нечто большее, чем просто защитник своего вида — он станет самим избранным....
Сделав глубокий вдох, Лейла окинула взглядом дерево и сквозь голые ветви увидела ночное небо над головой.
После того, как стала известна правда о Коре, она призналась Рофу и Братству в своем преступлении, в слезах искала прощения… Король и мужчины, служившие ему, оказались настолько благородны, что с готовностью простили ее содействие врагу, не подвергнув наказанию.
Она же отплатила им тем, что вернулась к Кору. Неоднократно виделась с ним. Прониклась к нему чувствами.
Да, изначально она действовала под давлением с его стороны, но в действительности, даже если бы он не шантажировал ее… она бы захотела быть с ним.
По правде говоря, она бы до сих пор встречалась с ним… а боль от разлуки ранила так же сильно, как и вина.
И все это было до того, как он попал в плен к Братству.
Она знала, где они удерживали Кора, потому что собственными глазами видела его раненое тело в той пещере… знала, что Братья планируют сделать с ним, как только он очнется.
Если бы только она могла спасти его. Он никогда не проявлял к ней жестокости, не причинял ей вреда… никогда не приставал к ней в сексуальном плане, несмотря на свой голод. Он был добр и терпелив… по крайней мере, до их разрыва.
Однако он пытался убить Рофа. А подобная измена каралась смертной казнью…
— Лейла?
Резко обернувшись, она споткнулась и полетела на бок… едва успев ухватиться за ствол клёна. В руке вспыхнула боль, и Лейла затрясла ею.
— Куин! — выдохнула она.
Отец ее малышей шагнул вперед.
— Ты не поранилась?
Выругавшись, она вытерла царапины, смахнула грязь с руки. Дражайшая Дева-Летописеца, как же больно.
— Нет, нет, я в порядке.
— Держи. — Он достал что-то из кармана кожаной куртки. — Давай посмотрю.
Она задрожала, когда Куин осмотрел ее руку и обмотал черной косынкой рану.
— Думаю, ты будешь жить.
Разве? — подумала она. — Сомневаюсь в этом.
— Ты здесь продрогнешь от холода.
— Да?
Сняв куртку, Куин накинул ее на плечи Лейлы, и она мгновенно утонула в ее тепле.
— Давай вернемся в особняк. Ты дрожишь…
— Я так больше не могу, — выпалила она. — Не могу так больше.
— Я знаю. — Она удивленно отпрянула, и Куин покачал головой. — Я знаю, что не так. Давай поговорим дома? Все будет хорошо, обещаю.
Мгновение она не могла дышать. Откуда он узнал? Почему не злится на нее?
— Как ты… — Слезы покатились из глаз, эмоции взяли верх. — Мне жаль.
