За окном лежал рассвет, солнечные лучи медленно проникали сквозь дождевые капли на стеклах дома в Ардене. Фортис чувствовал себя зачарованным этой тихой погодой, словно мир вокруг исцелялся после знойного летнего дня. Только одна душа знала правду о его несчастье — Тристан Вейланд был живым....
Желательно, свою голову о стену, потому что там без остановки звучал один и тот же вопрос:
«Ты любишь меня?»
– Ты слышишь меня? – Рэндалл внезапно вырвал его из размышлений, и Тристан дернулся, чуть не сбив локтем полупустую кружку. – Ты в порядке?
– Да, с чего мне быть не в порядке? – проворчал он. – И нет, Адалина никак не замешана в истории Стефана.
Тристан врал без тени стыда и сомнений. Не потому, что не доверял брату, а потому, что это была не его тайна и не ему ее раскрывать. Особенно когда Адалина сама не решила, что ей делать.
Рэндалл с подозрением посмотрел на него, но промолчал.
– Если тут все, – он указал на стопку бумаг, – то нам пора уходить. Я обещал Авроре не задерживаться.
Тристана чуть не стошнило от того, как сладко зазвучал голос брата при упоминании ненаглядной жены. Но вместе с тем его сердце кольнула странная тоска.
«Ты любишь меня? Знаю, что не любишь…»
Они встали из-за стола и направились в общий зал, где царила странная для столь позднего часа суматоха. Уже перевалило за полночь, но в таверне было на удивление многолюдно.
– Говорю же, видел собственными глазами, – перекрикивая гомон голосов, кричал худощавый старик с проплешиной в седине. – Иду я, значит, по Каменному переулку, а над домами дым стоит столбом, даже луну загораживает! Ну я и побежал туда. Народу собралось тьма! Пытаются пожар потушить – добротный такой каменный махина, а внутри все полыхает алым пламенем.
– Так а чей дом-то? – спросил кто-то из завсегдатаев таверны.
– А пес его знает.
Ладони Тристана похолодели. Его будто окунули в прорубь, а течение унесло под непробиваемую толщу льда.
– Кто-нибудь был в доме?
– Говорят, изнутри доносились крики, а чьи – мне неизвестно. Я сразу сюда прибежал, чтоб новостью поделиться.
– Вместо того чтобы сплетничать, лучше бы дом помог тушить.
– Там и без меня люду полно, я бы и при желании не протолкнулся.
– Проклятье… Только не это… – удивленно прошептал Тристан и ринулся к выходу, расталкивая всех, кто стоял у него на пути.
– Эй, ты куда? – раздался за спиной изумленный возглас Рэндалла.
Тристан ничего не ответил. Он уже распахнул дверь таверны и бежал со всех ног, молясь, чтобы болтовня того старика была не более чем сплетней, раздутой из какой-то чепухи. Это не могло быть правдой. Его штаб не мог сгореть.
