За окном лежал рассвет, солнечные лучи медленно проникали сквозь дождевые капли на стеклах дома в Ардене. Фортис чувствовал себя зачарованным этой тихой погодой, словно мир вокруг исцелялся после знойного летнего дня. Только одна душа знала правду о его несчастье — Тристан Вейланд был живым....
Если только…
– Трис! – Рэндалл нагнал его и заставил притормозить, с силой дернув за плечо. – Остановись и объясни, что случилось.
– Речь о моем штабе, – в отчаянии выкрикнул Тристан, и из его рта вырвалось облачко пара. – Там мои люди! Она!
Он вновь сорвался на бег, и Рэндалл, ничего больше не говоря, последовал за ним."
"К тому времени, когда они добрались до штаба, пожар уже потушили. Вокруг собралось много людей. Все они таращились на некогда белокаменные стены, теперь почерневшие от копоти и дыма. Крыша дома обвалилась, дверь и ставни сгорели дотла.
– Нет, нет, нет… – в ужасе шептал Тристан, не замечая, что его тело трясет как при лихорадке. Перед глазами все затуманилось, а в горле першило от удушающего запаха гари.
В проемах, которые еще несколько часов назад были окнами, он заметил людей, но не узнал никого из них. Тристану хотелось закричать, чтобы они убирались прочь из его дома, но с губ сорвался только нечленораздельный возглас.
– Пойдем, – сказал Рэндалл, взяв его за локоть.
Они вдвоем вошли в холл. Вся мебель обуглилась, деревянные шкафы и столы превратились в груду сгоревшего хлама, пол местами проваливался, а на месте ковров остались лишь черные пятна. От дыма, все еще клубившегося в воздухе, Тристан раскашлялся.
– Кто вы такие? – спросили двое мужчин, прижимая ко рту куски ткани.
– Я ваш король, – властным тоном объявил Рэндалл, откидывая капюшон, и показал перстень. – Это дом моего верного подданного. Есть пострадавшие?
– Ваше Величество! – Мужчины, как по команде, упали на колени перед Рэндаллом.
– Показывайте тела, – приказал Рэндалл.
Мужчины тут же поторопились к дальнему коридору, ведущему в сторону кухни. Там, среди упавших с потолка обгоревших балок, лежало два тела. Мужских.
Одно из них было коренастым, крупным, а лицо обгорело так, что обнажились гнилые зубы. Судя по телосложению, это был не Бернард – и уж тем более не Изекиль.
Тристан почувствовал толику облегчения, и в его груди зародилась надежда, что они успели покинуть дом через тайный ход. Он почти не сомневался, что пожар – дело рук Изекиля. В штабе хранилось немало сведений о лордах из разных королевств, и они ни при каких обстоятельствах не должны были попасть в чужие руки.
