За окном лежал рассвет, солнечные лучи медленно проникали сквозь дождевые капли на стеклах дома в Ардене. Фортис чувствовал себя зачарованным этой тихой погодой, словно мир вокруг исцелялся после знойного летнего дня. Только одна душа знала правду о его несчастье — Тристан Вейланд был живым....
Все внутри Адалины перевернулось, и съеденный завтрак грозился вот-вот вырваться обратно. Она остолбенела от страха и неверия, не в силах даже пошевелиться. Изобель пыталась бороться, но ей быстро заломили руки за спину и с силой поставили на колени, от чего она болезненно взвыла.
– Прошу, пощадите, – заплакала она, и это вывело Адалину из оцепенения.
– Пожалуйста, не делайте этого, – хотела закричать Адалина, но с ее губ сорвался лишь сдавленный шепот. – Это я отдавала приказы, накажите меня. Ваше Величество, умоляю вас! – Она давилась собственными словами, но ради Изобель готова была даже пасть на колени и молить о помиловании.
– Умоляешь? – Стефан злорадно оскалился. – Для мольбы ты выглядишь слишком гордой. Встань на колени."
"В комнате стало так тихо, что ее рваное дыхание и жалобные всхлипывания Изобель звучали оглушительно громко. Адалина послушно опустилась на колени и покорно склонила голову.
– Умница, – довольно протянул Стефан. – А теперь ползи ко мне.
Адалина зажмурилась, сделала глубокий вдох, пытаясь сдержать тошноту от отвращения, и на коленях поползла к Стефану.
– Замечательно. – Стефан сиял от счастья и разве что не мурчал от удовольствия. – А теперь покажи, как сильно ты хочешь спасти свою служанку.
Гнев заклокотал внутри нее с неистовой силой, а перед глазами все заволокло красной пеленой. Адалина подняла полный ненависти взгляд на Стефана, который наслаждался ее унижением.
«Клянусь, я убью тебя. Можешь отобрать у меня все, но в итоге именно я стану твоей погибелью», – мысленно поклялась она ему.
– Не надо, моя госпожа. – Изобель расплакалась еще горше.
Адалина повернулась к служанке, и та покачала головой.
