За окном лежал рассвет, солнечные лучи медленно проникали сквозь дождевые капли на стеклах дома в Ардене. Фортис чувствовал себя зачарованным этой тихой погодой, словно мир вокруг исцелялся после знойного летнего дня. Только одна душа знала правду о его несчастье — Тристан Вейланд был живым....
– Тристан улыбнулся так нежно, что у нее бешено заколотилось сердце. Прямо как в тот раз, в Инетиле, когда она подарила ему свой первый поцелуй. – Теперь у членов Королевского совета нет ни единого шанса. Во мне течет кровь западных лордов, я наследник богатых земель Западного королевства, а моя родословная едва ли уступает твоей. Им придется согласиться на наш брак.
– Трис, – сквозь слезы прошептала Адалина, и он поцеловал ее с такой жаждой и исступлением, словно был странником в пустыне, наконец-то отыскавшим оазис.
– Лина… как же мне тебя не хватало, – шептал он между поцелуями.
– Я тоже скучала. – Адалина не сдержала громкого стона, когда он схватил ее за ягодицу и прижал к себе так, что она почувствовала его желание. – Эти полгода показались мне вечностью без тебя.
Тристан отстранился и обхватил ладонями ее лицо.
– Нет, ты не поняла. – Он обреченно покачал головой. – Я не про последние полгода. Мне не хватало тебя всю мою жизнь. Я так долго искал тебя, и теперь, когда нашел, до ужаса боюсь потерять.
Одна непослушная слезинка скатилась по ее щеке. Она обвила руками его плечи, оставила трепетные поцелуи на его щеках, лбу, носу и подбородке, а потом прижалась к губам.
– Ты не потеряешь меня, Тристан. Я всегда была и буду только твоей.
– Всегда… – шепотом повторил Тристан и затянул ее в долгий пьянящий поцелуй."
"Прошел год с того момента, когда Тристан пообещал спасти ее из Изумрудного дворца. Тогда она и представить не могла, что снова окажется здесь, но уже не в статусе фаворитки-пленницы Стефана, а королевы и невесты самого прекрасного на свете мужчины.
И сейчас, плавясь от удовольствия, пока грубые мужские руки ласкали ее обнаженное тело, пока их ноги путались в шелковых простынях, а тела с любовью и страстью соединялись друг с другом, не желая расставаться больше ни на миг, Адалина знала, что без раздумий прошла бы этот долгий тернистый путь еще сотню раз, лишь бы оказаться рядом с Тристаном.
Эпилог
Шесть лет спустя
Тристан все утро просидел в музыкальной комнате за пианино, доводя новую композицию до идеала. Ему уже не терпелось сыграть для Адалины и увидеть в ее глазах неподдельную радость. Именно ее она испытывала, когда он, вдохновленный их любовью, писал для нее музыку.
Но сегодня был особенный день, и Тристан хотел сделать его запоминающимся для своей любимой музы.
– Ваше Величество? Я могу войти? – раздался голос Флоренс из-за двери.
