Автор
В зловещем голосе женщины пытается запугать её мужа, но его молчание лишь усиливает ужас и неуверенность. Оставаясь на пороге разрыва между страхом и отчаянием, героиня действует с жестокостью, пронизанной дрожью бессилия.
— Сколько ещё женщин гипотетически могут появиться с фотографиями детей на нашем пороге? Со сколькими ты спал, пока я была в стационаре?
— Каролина! Ты переходишь грань.
Голос мужа наконец-то дрогнул. Но меня уже не остановить.
— Грань чего? Супружеской верности или человеческой морали?"
"Застонав как раненый зверь, Назар резко встает с постели.
— Пожалуй, сегодня я посплю в гостевой спальне. У тебя явно горячка.
— Я хочу развестись, — бросаю я напоследок Горскому.
— Раз хочешь, то вперёд. — набрасывая на плечи серую футболку, говорит Горский.
Не проронив больше ни слова, я молча наблюдаю за тем, как муж хватает подушку и плед и уходит из комнаты. Тело трусит от ужаса. Слезы собираются в уголках глаз.
Назар тянется к ручке двери, чтобы закрыть за собой дверь. Видимо забыл, что сам её и вышиб около часа назад.
— Завтра позову мастера, чтобы вернул всё как было, — притормозив у порога, деловым тоном вещает Горский.
Отворачиваюсь от мужа, не проронив ни слова. Ненавижу, когда он так делает. Уходит вместо того, чтобы поговорить. Соленые ручью бегут по щекам без остановки. Закрываю ладонями рот и вою.
Что я буду делать без Назара? Как буду жить и работать?
Слишком часто я собирала вещи. Слишком часто заставляла играть мужа в догонялки. Если сегодня я соберу вещи, то это действительно будет конец.
Если я провалюсь, то у меня не будет того, кто поднимет меня с колен. Никто не убедит, что всё будет хорошо и мы со всем справимся.
Глава 7
Каролина.
Шесть заведенных подряд будильников, с интервалом в три минуты, друг за другом пытаются вырывать меня из цепких лап ночных сновидений. С трудом отрываю голову от подушки и бреду в душ.
Контрастная температура воды лучше всего пробуждает после тяжелой ночи. Я плакала несколько часов подряд, ожидая, что Горский наплюёт на мои резкие слова и вернется в нашу постель.
Не вернулся.
Обернувшись в полотенце, встаю возле умывальника. Леплю гелевые патчи под глаза, наношу сыворотку на остальные части лица, прохожусь по массажным линиям роликовым массажером.
Вновь и вновь прокручиваю в голове вчерашний вечер. Чувствую стыд за сказанное. Я должна перестать «шантажировать» Назара своим побегом, как только мне что-то не по душе.
