Автор
В зловещем голосе женщины пытается запугать её мужа, но его молчание лишь усиливает ужас и неуверенность. Оставаясь на пороге разрыва между страхом и отчаянием, героиня действует с жестокостью, пронизанной дрожью бессилия.
— Не надо подробностей, пожалуйста, — охрипшим голосом молю я. — Я все поняла. Будь там сколько считаешь нужным.
Сбрасываю вызов и тянусь обратно за горьким кофе. Второй глоток точно так же царапает горло и раздражает вкусовые рецепторы во рту. За закрытыми веками и искривившимся выражением лица я прячу боль, пронзившую ещё одной ядовитой стрелой мое сердце."
"Как бы ни было сложно оставлять мужа здесь, но работа вне родного города мне просто жизненно необходима. Незнакомые люди, сжатые сроки съемок, спешка мегаполисов, новые локации, сотрудничество с фотографами, усталость и прочая модельная нагрузка не позволят мне загнать себя в бесконечную мясорубку самоуничтожающих мыслей.
В таких рабочих турах нужно думать о том, как бы успеть поесть да поспать из-за частоты перелетов между городами и странами. Когда как в родной столице слишком много свободного времени в моих сутках, для того чтобы прогрессировать в жалости к самой себе.
Глава 21
Каролина.
— Когда Игнашевич начнет настаивать на продлении работы после утвержденных в контракте часов, — Назар прекращает кромсать рыбный стейк на мелкие кусочки и отрывает взгляд от своей тарелки, — из-за того, что он не успел отснять всю коллекцию, сразу же отказывайся и переводи стрелки на меня.
— Я помню, — отвечаю, не скрывая разочарования.
— И не молчи, когда он опять начнет сальные шуточки рассказывать.
— Как будто это остановит старика. Фотографы никогда не слушают возражений моделей.
Стрельнув глазами в Горского, я возвращаюсь к молчаливому поеданию своего риса и запеченных овощей.
Совместные ужины с мужем стали диковиной редкостью. Никакие разговоры и планирование не работают теперь с мужем. То Баженова успеет перехватить его после работы, то работа затягивает до позднего часа. Мне достаются ограниченные временные крохи.
Возможно, я бы смирилась с одинокими приемами пищи, если бы в редкие минуты единения Назар не вел себя как суровый начальник.
