Автор
В темноте, с ледяным дождем на капоте машины, твое замешательное "Я видела..." ожесточенно отзывается среди ночи. Альберт отрешённо выспершись в сиденье, словно мир уже не существует за окном. Ночная дорога кажется бездонной пропастью между нами — и мы знаем, что этот разговор может изменить всё....
— Мы можем развестись, — сказала я, когда все надежды рухнули, когда я все же смирилась, что скорее всего не смогу сама забеременеть.
— Зачем? — спросил Альберт, глядя мне в глаза. Он сидел напротив меня, скрестив ноги по-турецки и держал мои ледяные ладони в своих больших и горячих."
"— Ты мог бы… — я четко помнила, как у меня немели губы, как их кололо иголочками и насколько сильно у меня стягивало горло будто бы ангиной. — Ты с другой женщиной мог бы завести детей…
Альберт качнулся ко мне и прижал к себе.
Альберт все же выпустил меня, и тогда я впервые увидела в его глазах страх и растерянность. Он прикусывал губы, а потом перевёл взгляд мне за плечо и, словно на исповеди, тихо сказал:
— Но я не хочу ребёнка с другой…
Я не верила, потому что понимала, что он поступал как настоящий мужчина и не хотел меня бросать в столь тяжёлый момент.
— Я не могу обрекать тебя на такое… — со слезами в голосе призналась я.
Альберт покачал головой и потянулся ко мне. Я как прокаженная старалась избежать касаний, но муж не обращал на это внимание. Он притянул меня к себе и выдохнул в волосы:
— Лер, если бы я хотел детей, если бы был повёрнут на деторождении, то да, твое предложение было бы очень заманчивым, но я на тебе женился, потому что просто хочу быть с тобой…
А сейчас, глядя на идеальный порядок гардеробной, спустя несколько лет после рождения сына, Альберт признавался, что теперь не хотел быть со мной.
— Никакого открытого брака… — тихо сказала я и выдвинула ящик, где лежали документы Макса. Я подняла папку и переложила ее на полку выше, чтобы не оставить здесь случайно.
— Лер, — хрипло произнёс Альберт . — Это уже не предложение, а констатация факт.
— Тогда и я констатирую, что утром подам на развод, — произнесла и прижала ладонь к губам, чтобы спрятать рвущиеся наружу рыдания.
Альберт потянул меня к себе, хотя больше было похоже, что муж меня просто сдёрнул с места. Развернул к себе лицом. Мои руки оказались зажаты между нами и пальцы касались горячей кожи.
— Лера… — холодно и глядя мне в самую душу, сказал Альберт. — Никакого развода. Я не для того женился, чтобы разводиться. Это раз. И два. Подумай прежде чем совершать такую ошибку. Надумаешь развестись, и я все разрушу. А начну с твоего маленько бизнеса.
