Автор
Вступаясь за древний клен под окнами своего дома, я погружаюсь во мрак семейной тайны и страстную любовь к цветущим вишням. Воздух щекочет нос летним дыханием, а солнце ожесточает кожу, приглашая на открытую террасу. Здесь я окунаюсь во мрак семейной тайны и страстную любовь к цветущим вишням, будто заслуживаю все это чудо только благодаря теплу сердца и щемящей нежности....
В который раз поражаюсь, каким счастливым он выглядит, будто светится изнутри. Давно я его таким не видела.
– Мы летали! – сообщает мне доверительным шёпотом.
– Даа? – распахиваю глаза, а у самой сердечко тук-тук тревожно.
– Ага! Я сам летал! Над плопастью! И плыгал в неё! – Сэймур смешно округляет глаза. – Только тссс! – прикладывает пальчик к губам. – Это секлет!
Дра-ко-ний Бог!
– Ммм, как скажешь, – растягиваю губы в улыбке, тревожно осматриваю сына, под видом ласки ощупываю его руки и ноги: целый ли?
Боже, как страшно! Воображение, одну за другой подбрасывает картинки, одна другой ужаснее, из всего, что могло случиться… Хочется броситься обратно и высказать Тиррэну всё, что думаю о таких вот «развлечениях».
А если бы что-то случилось… К горлу подкатывает тревожный ком.
Вдох, выдох. Прикрываю дрожащие веки. Надо успокоиться…
Проклятье! Суара ведь предупреждала, что они не мороженое есть пошли!
И всё равно я оказалась не готова! Не готова к тому, что кто-то без спроса забирает моего малыша и заставляет его прыгать в пропасть! Даже если этот кто-то якобы его отец!
– Маам? – тревожный голосок сына доносится будто сквозь плотный слой ваты.
Кровь шумит в ушах, в груди раскручивается ядовитый смерч из обиды и злости. То есть, МОЕГО сына нужно швырять в пропасть, а ЕЁ драгоценную доченьку можно оставить дома, в безопасности и комфорте! Так, получается?
«Бастарды мне ни к чему», – вспыхивает в мозгу.
– Мама! – вздрагиваю от настойчивого постукивания по плечу."
"Растерянно смотрю на сына, сын на меня. Вдруг Сэймур переводит настороженный взгляд куда-то мне за спину и вверх, и его личико разглаживается:
– Фло! – зовёт с улыбкой, машет рукой, шурша обёрткой леденцов, – маа, я к Фло! – и топ-топ-топ вверх по ступенькам.
Хлопает входная дверь, и я остаюсь на крыльце в одиночестве.
Оборачиваюсь, поднимаю глаза к окнам второго этажа и замечаю там Флору.
Чувствую раскаяние и стыд за свои недавние гадкие мысли. Нет, девочка здесь ни при чём. Совсем ни при чём.
Улыбаюсь и машу ей в ответ, затем упираюсь ладонями в колени и встаю на ноги. Позади раздаются уверенные мужские шаги.
