Автор
Ваш отец оставил вам сестру. Вы чувствуете холод и темноту даже в ясный день. Это не просто поворот страницы – это глубокий шрам в сердце. Встряхивая головой, вы пытаетесь понять новый мир после смерти отца, где всеми правами владеет тень.
— Иначе вместо защитника можно заполучить себе второго прокурора. Я Кир.
— Мила."
"Рассматриваю появившуюся из клуба дыма высокую фигуру.
Сейчас этот мужчина больше похож на отдыхающего миллиардера, совершенно беззаботного. С сомнением прикидываю, сможет ли он вытянуть такое дело.
Но, впрочем, рукопожатие у него довольно крепкое и уверенное.
— Да, я знаю.
Он заинтересованно окидывает меня взглядом.
— Не волнуйтесь, Мила. Да свадьбы мы успеем вас развести, — произносит мне практически на ухо. — И с остальным разберемся.
— Он и так работает почти круглосуточно, — поясняет Рус. — Иногда даже матерым адвокатам нужна передышка.
Я киваю. Мне даже становится неловко, что я так сразу о делах.
— И наши девушки!
Оглашает Марк, выныривая откуда-то из зарослей.
— Лина. Милана. И Рамина.
Двоих из них он обхватывает за талии и крепко прижимает к себе.
У девушек в глазах на миг тоже вспыхивает удивление. А после они натягивают на лица слишком широкие улыбки. Даже у меня, глядя на них, зубы сводит.
— Привет, — одинаково белоснежные зубы ослепляют.
— Привет, — натягиваю такую же фальшивую и широкую улыбку в ответ. — Я Людмила.
Мне здесь явно не рады. Особенно, женская часть этой компании.
Рассматриваю девушек, дежурно отвечая на их вопросы ни о чем с такими же фальшиво натянутыми улыбками.
— Да, мне здесь очень нравится.
— Да, добрались мы нормально, спасибо.
— Как долго я знакома с Русланом? Очень давно.
А сама думаю о том, какие они одинаковые.
Силиконовые губы и налитые тем же силиконом груди и попы.
На самом деле их можно различать только по цвету волос.
Но в глубине души все равно мелькает предательская мысль.
Может, и я в чем-то неправа?
Может, нужно было тоже… Ну не знаю. Заняться собой. Подкорректировать там что-то, ресницы хотя бы нарастить?
Мне всегда нравилась естественность. Всегда было смешно, что девушки так легко ложатся под нож и теряют свою индивидуальность.
Ляля тоже была одержима всеми этими вечными салонами красоты. Все меня туда тоже пыталась затащить.
Но с ней понятно. Она моделью работает. У нее лицо и тело, что говорится, рабочий инструмент.
Но, может, и я в чем-то была неправа?
Вот сто раз себе повторяю, что дело вовсе не в этом! Что Егор оказался просто обыкновенным обманщиком, который и ухаживал за мной лишь ради денег отца.
И все же…
Мне больно.
