Автор
В тесном номере отеля мысль обрывается – как молния перед грозой. Теннисный мяч летит среди шороха ткани и смеха, звуками ночного города прерывая молчание. Но вот дверь распахивается, и в полутьме я ощутила холодные пальцы, готовые смыть последний разряд напряжения.
Люблю твой слабый свет в небесной вышине;
Он думы разбудил, уснувшие во мне:
Я помню твой восход, знакомое светило,
Над мирною страной, где все для сердца мило…»
А.С. Пушкин «Редеет облаков летучая гряда»
Кир
Три года, прошедшие после свадьбы матери, были мирными, тёплыми, спокойными. О таких я когда-то мечтал.
Очень семейными.
Я учился и работал. Тренировался уже не так много, как раньше, потому что основной движущей силы: страха за мать, в моей жизни не осталось. Сейчас больше поддерживал форму и так, для себя, ну, что бы перед Андрюхой слишком часто на ринге лицом в грязь не падать.
Мамин тренер-муж, увы, все это время пребывал больше в роли охраны и наставника по здоровому образу жизни. Было больно видеть, как сияющая и тёплая мама в миг превращается в бесцветную ледяную статую, стоит лишь Андрею намекнуть на какие-то объединяющие их чувства. А при слове «мы» у мамы начинал непроизвольно дёргаться глаз.
Мне было обидно.
Про Андрюху даже страшно было подумать.
И жили они в разных комнатах, хотя по утрам, чаще всего, мать выходила из его спальни. Но стоило лишь намекнуть на то, что брак у них очень даже настоящий, как моя бесценная матушка устраивала нам «зимнюю стужу» по всем фронтам.
Я злился, а Андрей только криво ухмылялся и бросал:
- Значит, рано еще.
Да какой «рано»? Ну, честно?
Нет, изменения внутри маминого сознания происходили.
Все это время она работала, преподавала и, слава богу, наконец-то, занималась собой: ходила к психологу, на какие-то женские посиделки с женой мэра, позволяла себе в выходной поваляться на диване и ничего не делать.
Очень ей гордился.
Все мы как-то морально росли над собой, да.
Учился я нормально не только потому, что ну стремно перед матерью, но и потому, что вдруг понял практическую пользу образования: большинство предметов, которые нам читали, я мог практически «с колёс» применять на работе в холдинге, куда мама изо всех сил меня интегрировала.
Я не сразу заметил, а когда заметил, то не понял и, откровенно говоря, долго к мысли этой революционной шёл: мама постепенно старалась передать мне не только опыт и связи, но и возможность принимать важные, часто принципиальные, решения в работе. Ну, чтобы научить меня ответственности, видимо.
