Автор
В тесном номере отеля мысль обрывается – как молния перед грозой. Теннисный мяч летит среди шороха ткани и смеха, звуками ночного города прерывая молчание. Но вот дверь распахивается, и в полутьме я ощутила холодные пальцы, готовые смыть последний разряд напряжения.
Пришлось брать себя хоть во что-нибудь:
- Пойдем, раз уж сын еду приготовил…
Андрей фыркнул в макушку и, подхватив на руки, понес на кухню.
Пока устраивались, пока пробовали всякое-разное, чего Кирилл умудрился добыть, я вроде как пришла в себя. Разум прочистился от гормонального дурмана, и поглядела я на этих двух заговорщиков хмуро.
Уловили оба мгновенно.
Сын хмыкнул:
- Как-то слабо ты каялся, я смотрю. Чего она такая недовольная?
Андрей молча прижал к себе и стал целовать шею.
Попыталась отодвинуться, но куда там.
- Так, у меня есть вопросы… – начала мрачно, но договорить, как обычно, не дали.
- Мам, давай я тебе доложу, как съездил, дальше послушаем Андрюху, а потом уже ты выскажешь нам, какие мы идиоты. Ладно?
Идеи Кира иногда меня серьезно удивляли и… пугали.
- Короче, такие дела: акций у бабушки Адель и Ивана Семеновича на двоих теперь сорок девять процентов. А дела у холдинга в целом не очень. Новых контрактов нет, мэрия не поддерживает, старые проверенные клиенты отваливаются.
- Отца твоего? И что ты? – беспокойно за сына, а не за Олега, чтоб ему пусто было.
Еще и лилии эти дурацкие.
- Да что я? Главное, чтобы он ничего тебе не сделал. Все же еще год-два на плаву из-за тех заказов, которые в работе, он легко протянет, живя на прежнем уровне, – кривящееся презрительно лицо сына печалит, но хорошо, что ребенок понимает: все в жизни случается.
И близкие могут стать дальними. Увы.
Вспоминаю настойчивость Олега, непроизвольно вздрагиваю, да так, что Андрей тут же притягивает ближе и гладит по спине успокаивая.
Прикидываю и так и этак:
- Ну, на два года я бы не рассчитывала. Оригинальный стиль мышления твоего батюшки диктует ему неожиданные выходы из ситуации.
Кирюша морщится, вздыхает:
- А, ты про то, что он к тебе приползал? Больше не рискнет. Я ему обещал навалять по полной.
- Твой оптимизм, сын мой, хорош, но, боюсь, от реальности далек. Всем известно, что Олег Михайлович – товарищ упертый и всегда прав.
Андрей снова сгреб меня в охапку и забубнил в макушку:
- Я решу вопрос с клубом и вернусь. Буду рядом всегда.
- Кстати, а что там с этой трепетной ланью, которая мартышкой висела на твоей шее? – вся вредность у меня вылезает вечно из неожиданных мест и в неурочное время.
«Надежда и опора» в лице внезапно вернувшегося в мою жизнь личного тренера-охранника вздохнул, поморщился и выдал:
- Устроилась к нам администратором. Жаловалась, что бывший достает.
