Автор
В тесном номере отеля мысль обрывается – как молния перед грозой. Теннисный мяч летит среди шороха ткани и смеха, звуками ночного города прерывая молчание. Но вот дверь распахивается, и в полутьме я ощутила холодные пальцы, готовые смыть последний разряд напряжения.
Обнимаю и веду в наше временное жилище, по дороге продолжая мысль:"
"- Я не знаю, были ли у Лиды здесь подружки, которые могли бы ей сообщать информацию о том, как и где ты живёшь…
Сын хмурится еще сильнее, кривится, но молчит аж до самого лифта.
- Ну, у нас по-любому есть два источника, – начинает рассуждать, едва за нами закрываются двери.
- Два? Ну, твой папа…
- И бабушка, – звучит таким тоном, что по-хорошему бы не развивать тему, но ему надо высказаться и слить всю эту пену злости, негодования и отвращения к реальности и окружающим.
- Кирюш, я понимаю, что ваши с бабушкой отношения несколько не заладились, но все же… – вот не помню, у кого они с ней заладились-то? Все же мать моя, Зинаида, тяжелая для общения дама.
Пропустив меня в прихожую наших скромных апартов с хорошим ремонтом и на редкость удачным расположением между Институтом сына и его же спортшколой, Кир сердито фыркнул:
- На то, что она лучше всех знает, что мне делать – насрать, но она вечно тобой недовольна, воспитывает.
И возразить-то ребенку нечего, ибо все – правда.
- Ну и бог с ней, но учитывать ее нам придется, тут ты прав.
Первый вечер на новом месте мы так утомились обустраиваться, что попадали спать даже без ритуального чая с обсуждением прошедшего дня и построением планов на грядущий.
А за поздним завтраком, ближе к полудню следующего дня, нас застал неожиданный звонок:
- Нонночка, это, конечно, не мое дело, но что-то странное у нас тут творится.
- И я рада вас слышать, Адель Варисовна! – с кем, с кем, а с главбухом надо дружить изо всех сил и от всей души.
- Значит, ситуация следующая: Олег Михайлович снова решил поделить то, что мы с таким трудом собрали после ухода Вячеслава Владимировича. Сегодня на еженедельной планерке представил нам кризисного управляющего, Сергея Сергеевича, внезапно, владельца десяти процентов акций всего холдинга. Как ты знаешь, по пять у нас с Семенычем, а вот двадцать девять, оказывается, отныне принадлежат Кириллу Олеговичу.
- О, как интересно, – а сыну-то заливал про половину. Скряга.
- Деточка, мы тут с девочками в юр.отделе чуть пошуршали, ты уж нас прости. Подняли брачный договор Зарецкого и узнали много чего интересного. Копию тебе в бумаги положу, да. А еще скажу: у тебя с головой все хорошо, кроме того, что ты обожествляешь мужика. Но в остальном – Кирилл Олегович с тобой не пропадет.
