Автор
Илья смотрит сообщение на смартфоне — оно запыхается. "Отец." Его дрожащая рука кладется обратно в карман штанов, оставляя след от кожи. Сердце колотится так сильно, что кажется, вот-вот вырвется из груди. Как он мог быть там? Он не должен был знать. Это — измена, непростительная....
Я прижимаю колени к груди, кутаюсь в простынь.
— Ты чего? — вопрошает, присев.
Я смотрю на него сверху вниз и неожиданно замечаю маленький шрамик над бровью. Кончиком пальца касаюсь его.
— А кто это был?
— Это, — он кивает на дверь, — Да так, клиент один знатный. Нужно было табличку повесить «Закрыто». Забыл.
— Ничего, — улыбаюсь, — А что он хотел?
— Да так, — повторяется Витя, — Рабочий момент."
"Я выдыхаю. И с опозданием чувствую боль. Моё имя звучало в устах у Самойлова так, безо всяких эмоций. А его до сих пор отзывается болью в груди.
— Идём в постельку? — зовёт меня Витя.
И я подчиняюсь ему. Его силе. Его нежности. Я хочу отдаваться ему целиком! Но пока не могу. А смогу ли когда-нибудь? Даже не знаю…
Дома меня ожидает ещё одна ссора. На этот раз между детьми. Они даже не замечают, как я возвращаюсь домой. Из коридора я слышу возмущённые Динкины вопли:
— Все мужики козлы! Я вообще, если хочешь знать, замуж не собираюсь!
— Да кто тебя возьмёт? Хотел бы я поглядеть на этого типа, — усмехается сын.
Он постоянно её задирает. И раньше мне это казалось вполне безобидным. Пока эти «зацепки» не стали касаться отца.
Теперь Денис злится на Динку за то, что она оправдала отца. За то, что общается с ним. Я пытаюсь ему объяснить, что сестра не обязана вторить ему, ненавидеть родителя. Пусть даже тот оступился и предал меня, её мать.
Но Денис неуступчив! Считает себя эталоном мужской справедливости. Я благодарна ему за сочувствие. Но мне одновременно больно сейчас наблюдать, как он неприветлив с отцом.
В последний раз, когда Деня был дома, и Самойлов пришёл навестить их обоих. Сын даже к нему не спустился! Остался сидеть в своей комнате. И ужинать с нами не стал. Так он стремится его наказать. Заодно и меня. Ведь я тоже повинна?
— Что за шум? — захожу, наблюдая картину.
Динка стоит, руки в боки. Деня сидит на диване. Развалившись, подобно отцу. Может то, что он очень похож на него, вынуждает сынулю так злиться?
— Мам, скажи ему! — фыркает дочь.
— Говорю, — произношу я с наигранной строгостью.
Денис, усмехнувшись, бросает:
— Козявка, — в сторону младшей сестры.
— Вы поели? — стараюсь прервать эту ссору.
— Ага, — отзывается сын, — Ты где так долго?
Я пожимаю плечами. Смотрю на часы. Уже девять. И впрямь задержалась! Ощущаю себя малолеткой, которая поздно пришла. Отвечаю расплывчато:
— Да так, рабочий момент.
— Ммм, — отзывается сын.
И глядит на меня недоверчиво. Он, скорее всего, уже понял — я с кем-то встречаюсь.
