Автор
Илья смотрит сообщение на смартфоне — оно запыхается. "Отец." Его дрожащая рука кладется обратно в карман штанов, оставляя след от кожи. Сердце колотится так сильно, что кажется, вот-вот вырвется из груди. Как он мог быть там? Он не должен был знать. Это — измена, непростительная....
Она закричала, упала на мокрый асфальт. Высокий капот не давал мне увидеть картину. Я выбрался, сам весь дрожа. И увидел лежащие лапы.
Собака ударилась о колесо. Благо, что я на неё не наехал! Крови не было. Видно, ушиб оглушил её, обездвижил. Животное тихо скулило. А девушка плакала громко, навзрыд.
Она была юной, в куртюшке с чужого плеча и штанах, напоминавших пижаму. Видно, вышла с питомцем из дома. А тут я…
— Где травмпункт? — я присел рядом с ней на корточки. Попытался её успокоить."
"— Я… Ах… Н-не знаю! Не з-на-ю, — сквозь всхлипы твердила она.
Кое-как я её уболтал сесть в машину. Пёс лежал у неё на коленях. Дышал! Я нашёл в навигаторе ближайший травмпункт. Ближайший… Единственный! И ворвался туда, держа пса на руках.
Женщина в белом халате послала подальше:
— Я вам не ветеринар!
— А куда мне её?
— Утром откроется ветеринарка…
— Утром?! — взревел я, и сам превращаясь в животное.
Собака так тихо дышала, что я опасался — помрёт у меня на руках! Я буквально заставил жирдяйку-врачиху её осмотреть.
«Пудель, что ли?», — рассеянно думал я.
Собаке вкололи какую-то дрянь, наложили компресс, забинтовали лапу. Оказалось, бедняга сломал её. Я стоял, как виновник всего. Было стыдно и больно! И я предложил подвезти. А после — заехать куда-нибудь, выпить горячего кофе.
Она так дрожала. Девчонка. И я, отыскав автомат на дороге, взял ей какао.
— Прости, я и сам в шоке, — протянул в приоткрытую дверцу напиток, — Он выбежал! Я не успел тормознуть.
— Это я виновата, — сказала девчонка, — Ошейник ослабила. А Джек взял и выскочил.
— Джек, значит? — я улыбнулся.
Она посмотрела на пса, и так нежно погладила мягкое ухо. А потом подняла на меня свой пронзительный взгляд…
— Масюля, ну где же ты был? Мы заждались, — воркует Снежана. И обвивает руками, пройти не даёт.
— Привет, лапуль, — шепчу я в макушку.
И вдыхаю знакомый букет. От неё пахнет нежностью, юностью.
— Ты ужинать будешь? — произносит она приглушённо, — Я суп приготовила.
Я вспоминаю её кулинарный «шедевр» из сырков с шампиньонами. И смеюсь про себя. Отвечаю:
— Конечно.
Хотя по дороге поел. Взял жаркое и борщ со сметаной.
Из гостиной на свет появляется заспанный Джек. Он устало виляет хвостом. И стоит, поджав заднюю лапу.
