В этот особенный день свадьбы Тимур не мог поверить своим ушам. Но оказывается, всё было иной: ложь заменила правду, а измена разрушила сказку их жизни. Узнав правду о скрытых днецах, я поняла, что нас больше никогда не будет — ни как семьи, ни как людей, доверившихся друг другу....
Ехали долго, на въезде в город попали в пробку. Руслан с кем-то постоянно переписывался в телефоне, сигналы уведомлений начали раздражать, а голова раскалывалась от боли.
– Ты не должна злиться, Марьяна.
– Да, я должна сказать тебе «спасибо», что наконец-то ты выдал меня замуж, а то я не знала, чем себя занять. Спала и видела себя замужем за страшным стариком. У меня ведь не было планов на жизнь, а сейчас у меня нет права слова и мнения.
– Не передергивай, твой будущий муж – уважаемый человек, ты ни в чем никогда не будешь нуждаться.
– Не в этом счастье, папа! Я могу от чего-то и отказаться – от дорогой одежды, магазинов, ресторанов, от машины, что ты мне подарил. Водить ты мне ее все равно не позволяешь."
"– Замолчи! Ты ничего не понимаешь, потому что еще глупа и юна! Он наше спасение, спасение бизнеса и всего, что есть: имени, партнеров, репутации, будущего.
Отец побледнел, сжал кулаки, он никогда не смотрел на меня так зло, даже с ненавистью, словно в том, что мы скоро лишимся бизнеса, только моя вина.
Слезы стали обжигать щеки, обида душила, он никогда так со мной не разговаривал, да, был строг, но до ненависти не доходило. А я всегда была послушной и примерной дочерью, не связывалась с дурными компаниями, даже с парнем никогда не встречалась, а ведь мне девятнадцать лет.
– Мама никогда бы так не поступила со мной. И тебе бы не позволила! – это был мой последний аргумент.
– Малая, хватит, давай без истерики, – Руслан перебил нас с переднего сиденья, шофер, что был за рулем, смотрел вперед с каменным лицом.
Интересно, что Рус сделал с Маратом? Хотя не о нем мне думать сейчас нужно, а о себе.
Двадцать минут ехали молча, но, когда отцу позвонили, и он быстро ответил, поняла – это ОН, тот, кому меня продали, тот, ради денег которого меня предали самые близкие.
– Скоро будем, пробка. Задерживаетесь? Ничего, мы обязательно дождемся. До сви…
Дальше его не стали слушать, отец сжал смартфон, потом набрал номер.
– Деньги скоро будут, да я знаю, знаю, что и так не уложился в сроки.
Было противно слушать, хотелось выйти на свежий воздух, в салоне автомобиля начало знобить от работающего кондиционера, обняла себя за плечи. Вот бы простыть и заболеть, но это были лишь мечты.
Когда машина остановилась, не поняла, куда мы приехали. Крыльцо ресторана и часть вывески закрывала буйно цветущая сирень, которая сейчас не радовала.
– Пойдем, и я прошу тебя: без истерик, скандалов и слез.
