Автор
Андрей Сотников готовится к свадьбе, но каждое слово о радости новой жизни рушит сердце его бывшей любовницы. За сто лет он не смог забыть ее, даже после столько времени, как будто смерть не могла уничтожить то, что она сделала.
Впрочем, если б он хмурился или молчал, мне б тоже пришлось по душе, потому что я любила его до беспамятства, как кошка.
— Ловко у тебя получается, — цокнул он языком, наблюдая, как я двигаюсь по кухне.
— Долгие годы практики, — пыталась я скромничать.
Готовить я любила. Особенно, если было из чего.
— Будет картофель по-французски, — ставила я в духовку противень. — А ещё салат.
— И кофе со сливками. Будешь? Я сварю.
Андрей отодвинул меня мягко, занял место у плиты, а я в это время занялась салатом.
Все эти недолгие дни — словно во сне. Будто не со мной всё.
Он оказывал мне знаки внимания. Подарил цветы и смешного пушистого мишку. Брелок на телефон. Но больше мы не целовались. Я даже подумывала: может, я всё выдумала? Приняла мечты за реальность? Может, не было ничего?
Я не могла навязываться. А он не делал даже попыток. И поэтому всё во мне застыло в ожидании — напряжённо, до дрожи. Старые страхи и сомнения поднимали головы, как змеи, и пытались меня укусить. Но я всё равно ждала и надеялась, что моё внутреннее чутьё меня не обманывало.
Андрей поставил передо мной чашку — смешную, пузатую, ярко-жёлтую, со смешной кошачьей мордочкой.
— Я передумал. Детям — какао.
Я замерла. Хлопала глазами. Вдыхала запах какао, который он для меня сварил, не спрашивая, и где-то внутри закипали слёзы.
— Я не ребёнок, — произнесла глухо, стараясь унять внезапную дрожь в пальцах. Даже нож отложила, чтобы успокоиться.
"— Я знаю, — коснулся он моей руки. — Но для меня ты девочка-девочка. Хрупкая. Трогательная. Не сердись, леди Осень, — прошлись его пальцы по моим волосам. — Посмотри на меня, Маш.
Я только мотнула головой, понимая, что если подниму глаза, то не смогу удержать слёзы.
Он сам приподнял мой подбородок. Мягко погладил большим пальцем уголок губ.
— Обиделась, неженка моя. Не надо.
— Я… знаешь… я, наверное, пойду, — вскочила на ноги и заметалась по кухне, плохо соображая, куда бежать, в какую сторону.
И тогда он поймал меня в объятия и поцеловал. По-настоящему. Глубоко. Даже жёстко.
Я задохнулась. Замерла. Напряглась в его руках. И в тот же миг поцелуй его стал мягче, нежнее, соблазнительнее.
— Что мне с тобой делать, Маш? — выдохнул он, прижимая меня к себе ещё крепче. — Не отпускаешь ведь.
— Любить?.. — робко заикнулась я и подняла на него глаза.
