На кровати после долгих родов, глаза геройницы сияют как звезды. Однако это мирное состояние недолго: тревожные взгляды окружающих и предупреждения врача только усугубляют ее беспокойство. Только спустя долгое время она может проконцеровать, что все обошлось благополучно, но эта ночь оставит неизгладимый след в душе герояницы....
Еще можно посоветовать тебе идти одной через все северные земли, ожидая, когда тебя изнасилуют и убьют добрые люди, промышляющие на дорогах. И третий путь — отправиться со мной, приняв мои условия добровольно. Я в свою очередь обещаю обеспечивать твою безопасность и обеспечивать тебя всем необходимым.
— Условия?
— Быть покладистой, благодарной, служить и делить постель с приятными людьми, которые пальцем тебя не тронут, если ты того сама не пожелаешь. Неужели плохие условия для той, кто еще вчера едва не умерла, а совсем недавно была той, кто готов отдаваться за еду?
— Приятные люди — это ты и твои дружки инквизиторы? И почему именно я? Разве мало в столице девок, готовых спать с мужчинами за безопасность?
От моих слов он морщится и я вижу, что начинает терять терпение.
"— Потому что ты можешь предложить нечто большее, чем любая «обычная» девка.
— Какие способности?
— Обычно это я допрашиваю людей, радость моя. Я все сказал, что желал, дальше, дело за тобой.
— И это называется добровольно? Ты ничем не лучше бандитов с дороги, только зубы у тебя крепче, и костюмчик с красивой вышивкой, — говорю я, кивая на три капли, вышитые на его накидке и заглядываю в его насмешливые глаза. — Все мужчины одинаковы, отличаются только оправдания той низости и грязи, которую вы себе позволяете.
Он несколько раз кивает головой.
Потом берет меня за подбородок и поднимает мое лицо.
— Тебе говорили, что ты очень красива?
— Шлюхам делать комплименты не обязательно, — едко говорю я и отворачиваюсь.
Он усмехается и встает на ноги:
— Я предложил тебе выбор и советую не мешкать. Если ты решишь остаться здесь, я не буду тащить тебя силой.
Он отворачивается и идет к своей сумке, оставленной возле бездыханного тела Клем.
— Что ты с ней сделал? — спрашиваю я, идя следом за ним.
— Не переживай, я всего лишь перекрыл поток крови к мозгу. Если ее растолкать, она очнется.
Я прикладываю ухо к ее груди и чувствую, как бьется ее сердце. Похоже он прав, и она всего лишь спит.
С облегчением вздыхаю и осторожно толкаю ее, пытаясь разбудить.
— Если пойдешь прямо и пройдешь через овраг, сможешь выйти на дорогу. Буду ждать тебя там через два часа. Подругу, так и быть, можешь взять с собой, я найду куда ее пристроить.
