Автор
Главные героини стоят на грани выбора: идти по тихому пути или бросить все ради чужой любви. Встречают невероятное исчезновение, адреналин раскачивает их на пределе выносливости. С каждым днем угрозы растут, и героини оказываются в безвыходной ситуации.
Во взгляде Ивара пробегает быстрая темная тень, которая меня настораживает. Что это было? Это не нежность, не возбуждение, не нетерпение… Его глаза вновь вспыхивают огоньками и согревают меня. Краснею, когда Ивар расстегивает рубашку и оголяет мускулистый торс. Окна поскрипывают под новым порывом ветра.
Через несколько секунд я задыхаюсь под объятиями Ивара. Под густым желанием забыться в его сильных руках, проскальзывает искра страха, но жадный глубокий поцелуй прогоняет ее. Утробный рык Ивара отзывается в моей груди трепетом и мягкой вибрацией, и отдаюсь ему в его власть с наивным доверием.
Тяжело дышу, а Ивар оборачивается в белого волка, который прижимается ко мне пушистым боком, бьет пару раз по матрасу и кладет морду на грудь. Облизывается и тяжело вздыхает, прикрывая глаза. В такие минуты я пугаюсь, потому что почти не чувствую в волчьей груди человека.
— Я рядом, — ворчит Ивар. — Рядом.
— Однажды ты так в лес убежишь, — пропускаю густую шерсть на холке, прикрыв веки.
— Если только с тобой.
*** Ивар Лунный Коготь и Илина
Глава 4. Кристалл Забвения
— Я удивлена, — Гриза тихой тенью просачивается в кабинет и цепко наблюдает, как я прячу Кристалл Забвения в каменную резную шкатулку. — Я только слышала о таких камнях, но…
Поднимаю взгляд. Ее любопытство в любой другой ситуации меня умилило, но не сейчас.
— Откуда он у тебя?
Молча подхватываю бумажный нож, делаю надрез на ладони, и Гриза ежится. Кровь растекается по витеватому узору, впитывается в черный камень и раздается щелчок.
— И сработал камушек? — Гриза кусает губы и неловко улыбается. — Не злись. Это профессиональный интерес. Он, наверное, стоит целое состояние. И подобные артефакты выходят из-под рук опытных и одаренных чародеев.
— Да, темных чародеев, — недобро щурюсь. — Милая, вопросы сейчас лишние. Я был неосторожен.
Зверь во мне рвется в спальню. Ему было мало задремать в объятиях спящей Илины. Он требует ночь, потому что соскучился, а я тут со своими камушками вожусь и беседы веду с ведьмой, от которой воняет мерзкими духами.
— Зверь лютует? — Гриза всматривается в мои глаза. — Ну и жуткий ты сейчас.
И голос ему не нравится. Вот воркование Илины он бы слушал часами, а от этой гадины уши вянут.
— Неужели у меня нет шанса с ним подружиться?
— А ты как думаешь? — хрипло отвечаю я. — Если я с ним не дружу, то ты сможешь?
— Хорошо, — она ласково улыбается, — а если не подружиться, а очаровать?
Я знаю, на что она намекает. И это уже не первый раз.
