Автор
Семья — это не просто коллекция жертвенных взглядов и уступчивых супругов, но сложная игра выживания и изменений. В этом тонком романе СИ рассказывается о том, как женщина, найдя в себе силы, решает расколоть хрупкую маску инстаграм-звезды, чтобы выжить в несправедливом мире. Параллельно с кинематографическими снимками, приправленными юмористической подоплёкой, читатель погружается в непростой баланс между романтическим счастьем и неизбежной потерей....
Похоже, «Измена. Право на семью (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Друг для любви
— И что же ты изменяешь, раз людей выбрасываешь с балкона, — Кирилл шипит и выдергивает очередную колючку из предплечья, — и прям, сволочь, в шиповник.
— Ты можешь помолчать? — сжимаю руль.
— Боишься потерять бабосики Юры из загребущих лап? — Кирилл немного шепелявит.
— Я свои бабосики, если надо, заработаю, — до скрежета стискиваю зубы. — Слушай, я борюсь с желанием выкинуть тебя на трассу на полной скорости, а потом переехать.
— Что ты так завелся?
— Она — моя жена, тупой ты говнюк, — глухо рычу я.
— Ну, я не образец добродетели и чести, но ты как бы сам налево ходишь. Твоя жена шлюшку с балкона выкидывала?
— Нет.
— Может, патлы повыдирала?
— Нет.
— Рожу расцарапала?
— Нет.
Молчание, и Кирилл выдергивает очередную колючку:
— Короче, огреб по самое не балуйся только я, да?
— И я могу добавить.
— По логике вещей, это ты должен летать с балконов, Валер. Чего это дядя Юра у нас такой терпеливый?
— Он мне иначе мотает нервы, и да, тебе стоит дядю Юру остерегаться. Ты ему не нравишься.
Я готов Юре помочь скрыть тело Кирилла, если понадобиться. Это бы нас сблизило в качестве родственников. Ничего так не сближает людей, как соучастников одного преступления.
— Да я жду не дождусь с ним встречи, — Кирилл с рыком выдирает очередную колючку, — и его “я же говорил”.
— А что он говорил? — заинтересованно кошу взгляд на его опухшую и расцарапанную рожу.
— Что у меня все пойдет по одному месту без помощи твоего отца и что я просру наследство своего, — со вздохом откидывается назад.
— Вот же…
— Ну, знаешь, я бы мог быть на твоем месте.
— Нет, не мог.
— Но я же такой, мать вашу, бунтарь и был полон амбиций! — продолжает рычать раненым зверем. — На черта мне расписанная жизнь дядей и его другом, выгодная партия! Мне подавай заморских моделей, жару, пальмы, вечеринки, крутые тачки и модный лофт.
— Какая печальная исповедь, — хмыкаю я.
— И, вероятно, мне теперь стоит ждать сломанных пальцев от Юры?
— Так он никаким боком не поучаствовал в твоем гениальном плане наскочить на мою жену?
Я уверен, что Юра прекрасно знает о позорном возвращении Кирилла на родину. И, вероятно, ему уже доложили о том, что неуклюжий гость упал в кусты шиповника. Ржет сейчас в своем кресле с чашечкой кофе и злорадствует. И как мало мне надо, чтобы вывести из себя.
— А вези меня к нему.
