Автор
Семья — это не просто коллекция жертвенных взглядов и уступчивых супругов, но сложная игра выживания и изменений. В этом тонком романе СИ рассказывается о том, как женщина, найдя в себе силы, решает расколоть хрупкую маску инстаграм-звезды, чтобы выжить в несправедливом мире. Параллельно с кинематографическими снимками, приправленными юмористической подоплёкой, читатель погружается в непростой баланс между романтическим счастьем и неизбежной потерей....
Похоже, «Измена. Право на семью (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Это, что, ревность?
— У принцессы и дракона родилась дочка, — шепчу я и с сомнением разглядываю розовую дракониху с огромными глазами и пушистыми ресницами, — и это единственное логическое объяснение вот этому милому недоразумению.
Соня с улыбкой зевает, и подкладываю ей под бочок игрушку. И вот она закрывает глазки и сладко причмокивает. Такая булочка и ведь сама не верю тому, что она пять минут назад орала у меня на руках и захлебывалась в слезах, а причина: я не разрешила пихать мне в нос свои пальчики.
На носочках пячусь к двери и на кого-то натыкаюсь, и этот кто-то решительно накрывает мой рой теплой ладонью, предугадывая мой визг.
— Тихо, разбудишь, — вздрагиваю от шепота Валерия.
Соня покряхтывает в кроватке и открывает глазки. Хмурится, а мы с Валерием напряженно замираем. Лениво сучит ручками.
— Заснет, — неуверенно заявляет мой муж.
Я зло и шумно выдыхаю, намекаю, что ему стоит убрать руку с моего лица. Соня неожиданно повторяет за мной этот сердитый выдох и с предупреждением выдает короткий хнык.
— Спи, доча… — ласково шепчет Валерий, удерживая меня в захвате. — Баюшки-баю… Ты ее кормила?
Нет, блин, голодом морю и всячески издеваюсь. Соня кряхтит. Я улавливаю серьезную угрозу: она намерена основательно покричать, если кто-то из нас не предпримет решительных действий.
Валерий делает медленный вдох и запевает тихую колыбельную про зайчика и ежика, от которой у меня мурашки бегут. Голос у него — бархатный, мягкий и обволакивающий.
— Заснула, — шепот Валерия обжигает ухо, а затем его губы касаются моей шеи.
Не шевелюсь и не дышу. Лишь через несколько секунд оторопи я выворачиваюсь из его рук и отступаю на один шаг.
— Что и не толкнешь? — щурится и вновь почти вплотную ко мне стоит.
— Не хочу Соню будить, — несколько шагов к двери.
— Тогда продолжим разговор не в детской?
Оскорбительно фыркнув, выхожу в коридор. Опять какие-то намеки , а его поцелуй горит ожогом на шее.
— Вика, — следует за мной, — нам действительно стоит поговорить.
— О чем? — резко разворачиваюсь к нему.
— Например, о том, что не светит тебе Кирилл в качестве друга для любви, — в его глазах пробегает темная тень.
