Автор
Семья — это не просто коллекция жертвенных взглядов и уступчивых супругов, но сложная игра выживания и изменений. В этом тонком романе СИ рассказывается о том, как женщина, найдя в себе силы, решает расколоть хрупкую маску инстаграм-звезды, чтобы выжить в несправедливом мире. Параллельно с кинематографическими снимками, приправленными юмористической подоплёкой, читатель погружается в непростой баланс между романтическим счастьем и неизбежной потерей....
Похоже, «Измена. Право на семью (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Да ты что? — скрещиваю руки на груди. — А тогда кто светит?
Минута молчания. Лицо Валерия искажается легкой гримасой гнева, и он сжимает переносицу. Вдох-выдох, поднимает на меня взгляд и говорит:
— Не хочешь чая выпить?
— Что? — недоуменно спрашиваю я.
— И какой посоветуешь?"
"— Что? — повторяю я вопрос и вскидываю бровь.
— У тебя их там несколько коробочек, и все разные, — едва слышно шипит. — Какой лучше успокаивает?
Моргаю и хочу громко возмутиться его очередной попытке меня унизить, но насмешки в глазах не вижу.
— Ты про те самые чаи меня сейчас спрашиваешь? — бровь приподнимаю еще выше.
— Да.
— А тебе зачем?
— Затем, что и тебе.
— Нервишки шалят? — тихо уточняю я.
— Давай без ехидства, — раздувает крылья носа на выдохе.
— Ехидство у меня иначе звучит, — улыбаюсь и повторяю вопрос с выраженной издевкой. — Нервишки шалят?
— Да чтоб тебя… — глухо рычит, разворачивается и шагает прочь.
— А теперь вижу, что шалят, — плыву за ним неторопливой походкой.
— Сам разберусь, — зло оглядывается.
Это вряд ли. Я все эти чаи пересыпала из родных упаковок в красивые цветные коробочки без этикеток. Лишь в желтой и зеленой — успокоительные сборы, а вот в розовой — для лактации, в красной — для укрепления иммунитета, в голубенькой — для здорового пищеварения. Во всем этом цветовом разнообразии разбираюсь только я и Мария, которой я провела инструктаж, когда она искала обычную черную заварку.
— Кирилл хоть живой?
— Живой, — Валерий спускается по лестнице, — но если он опять появится здесь…
— Это, что, ревность? — наигранно охаю я, припоминая ему его слова, сказанные мне в его кабинете.
— Я не приемлю, чтобы моя жена шашни крутила на стороне, — холодно и презрительно отвечает Валерий и прячет руки в карманы брюк.
— Ты хочешь сказать,что потребности есть только у тебя? — оскорбленно смеюсь. — А у меня их нет?
— Вот и обсудим ваши потребности, Виктория Романовна, за чашечкой чая, — пожимает плечами и шагает в гостиную.
Притормаживаю, и Валерий оборачивается:
— Опять сбежишь и запрешься в комнате?
— Я не хочу с тобой ничего обсуждать.
— Хорошо, тогда выпьем чая и успокоим нервишки, — Указывает взглядом на мои сжатые кулаки и опять всматривается в глаза. — И да, я во всем этом чайном светофоре я не разберусь. Их же, наверное, надо и заваривать по особым правилам?
И у меня всплывает еще одна обида на Валерия.
