Автор
Пьяный голос невесты-драконы исходил из ночной таверны. Вечер свадьбы обещал быть шикарным, но вместо этого предстояло объявить новому брачному союзу законченным. Несмотря на радость в воздухе, сердце жениха колотилось, словно отпущенный час.
— Анальгетики я буду пить. Или валерьянку.
— Вале… что?
Узкий звериный зрачок округлился и потемнел, возвращаясь в человеческую форму, Рейнхард растерянно моргнул, сделавшись похожим на виноватого школьника.
— Валерьянку, это такое средство от плохими мужей. Рей, мне противопоказаны замкнутые пространства. Я там не выживу.
— Там безопасно, наши дети будут жить в самом безопасном Гнезде Вальтарты, — взгляд Рейнхарда вновь налился темнотой, сеть слюдяных чешуек легла на линию скул, спускаясь ниже, к плечам, к груди.
— Иномирянки не размножаются в неволе, — сказала я нежно, но твердо. — Поэтому давай попробуем жить по-человечески.
Даже в молчании Рейнхарда слышалась неуловимая вибрация рыка, который шел током по коже, делая острее прикосновения, взгляды, шепот.
— Они будут искать тебя, они будут охотиться, они пррридут в наш-ш-ше Гнездо, — Рей уткнулся мне куда-то в ключицу и тяжело задышал.
— Я сплету тебе амулет от кошмаров. Я читала про такой в книге Леяш, его делают из шестнадцати белых бусин, по одной на каждый страх.
Взгляд Рея метнулся к моим губам, и он снова тяжело и жарко навалился на меня всем весом. От сладкой земной тяжести дрогнуло, размякло тело, прильнув к драконьему жару, руки словно сошли с ума, пробираясь по груди, после к плечам, к губам, зарываясь в атлас волос. Дыхание сбилось, мелкая дрожь прошла по телу и, кажется, эта дрожь была не только моя.
Магия шла волнами, морем, заполняя пространство и вплетаясь в древний, как мир, ритуал, где испокон веков участвуют лишь двое.
— Ты знаешь, в нашем мире таких, как ты, называют горячими парнями? — сказала задыхаясь, отчаянно пытаясь вернуть контроль над разумом.
Было прекрасно и страшно чувствовать, как тело, а за ним и магия, и сердце сходят с ума, стремясь заполучить этого мужчину. Глаза Рея сверкнули в полутьме спальни.
— А ты знаешь, что таких, как ты, в моем мире называют Истинными?
Смешок сорвался с губ против воли и тут же утонул в поцелуе — неисчислимом множестве поцелуев, пролитых на меня благословенным дождем.
За его спиной поднимались угольные крылья, от которых расходилось сияние разбуженного потока. Наши магии ладят, вспомнила я, глядя, как мой собственный поток заигрывая и жеманясь, как распоследняя ломака, весело омывает комнату.
— Твоя магия теплая, живая… — Рей ласково провел ладонью по моей щеке, поднял на меня взгляд, а после крылья закрыли нас в непроницаемый черный кокон.
