В глухой галереи, на фоне заспящей свитки и живописных шедевров, мужчина жестко кричит об измене. Лина чувствует удар в животе, но досада берет верх над болью, когда она осознает неправоту этих слов. Отчаянье и решимость окутывают ее, готовясь начать новую жизнь с чистого листа....
Мой защитник, мой любимый, мой муж.
Я таю, растворяюсь в его объятиях, будто становлюсь той воодушевленной Айлин, которая вышла замуж за главу клана. Даже не замечаю, как он остановился. В груди бешено бьется сердце, а дыхание сбивается. Рэгвальд аккуратно приподнимает пальцами мой подбородок и нежно касается моих губ своими.
В первое мгновение я забываюсь, целую в ответ. Напрочь вылетают из головы все плохие воспоминания, вся боль и обида, по венам растекается теплый мед радости. Кажется, что все правильно, все так и должно быть.
Но потом я резко вспоминаю. Боль и слабость после лекаря, жесткий взгляд мужа, его пронзающие душу слова, когда он целовал другую. И, конечно, его приговор.
Упираюсь ладонями в плечи Рэгвальда и резко отстраняюсь. Он держит меня, но недолго. Вырываюсь из его рук, оглядываясь по сторонам.
Мы стоим в центре площадки: статный, внешне совершенно спокойный Рэгвальд, который, по сути, не сделал ничего особенного. И я, испуганно озирающаяся, сжимающая в кулаках платье, поцеловавшая малознакомого женатого мужчину.
Понимаю, что мы привлекаем внимание. Пары останавливаются и с интересом смотрят на нас в ожидании представления.
Восстанавливаю сбившееся дыхание, с трудом заставляю себя разжать пальцы, расправить платье и выпрямить спину.
— Господин Рэгвальд, вы переходите все допустимые границы, — с трудно скрываемой дрожью в голосе возмущаюсь я.
— Да? А мне показалось, вам понравилось, — с легкой ухмылкой говорит он, пристально глядя в глаза. — Впрочем, не буду врать.
Зачем? Зачем он это делает? Чувствую, как на глаза наворачиваются слезы, но я не позволю ему увидеть их. На все тело накатывает невероятная усталость, будто я долго куда-то бежала и, наконец, выбилась из сил.
Разворачиваюсь и ухожу в сторону парка. Уже стало совсем темно. В свете маленьких магических фонариков и полной, почти достигшей своего пика луны вижу только гравийную дорожку перед собой и кусты по бокам. Встречный ветер холодит влажные от слез щеки. Отойдя от площадки чуть дальше, стираю слезы ладонями.
Минуты. Еще немного, и я не буду от него зависеть. Станет ли мне легче? Не знаю. Но тогда я хотя бы сама смогу распоряжаться своей жизнью без страха быть запертой в стенах. А мой родившийся драконенок… Я уверена, что ему найдется хорошее место в клане Ника.
Чем ближе я становлюсь к порталу, тем больше народа вокруг, тем более громкие и возбужденные разговоры. Постепенно я совсем перестаю слышать бешеный стук своего сердца.
