На снежном фоне вырубленных руин мерцала холодом и неземностью бездонная прозрачность небес. Женщина с головы до ног обмотана снегом, глаза блестят от яркого свода планетарного центра — Ожерелья. Она затаила дыхание, словно молитву во тьме, ожидая начала, когда выстрел из рукасланника «АРГ-12» разорвет вечность в этом отрешенном ущелье....
Прошу сдать оружие и следовать за мной. Вам выделена каюта. Сможете отдохнуть, переодеться.
Менее всего Урман сейчас нуждался в отдыхе, а уж тем более в проволочках. Странная, настораживающая обстановка.
– Хорошо, – согласился он, отдал галакткапитану свой «Гервет». – Веди. Но передай Воронину, времени у меня мало.
– Не беспокойтесь. – Подчеркнутая вежливость вызывала лишь недоумение.
Впрочем, Урману не пришлось долго пребывать в неведении. Он успел наскоро перекусить и убедиться, что вход в бортовую сеть «Решительного» со штатного терминала заблокирован.
"Еще на подлете, сканируя места аварийной посадки кораблей эскадры, он пришел к удручающему выводу: капитан Воронин действительно не помышлял об активных боевых действиях. Крейсер и фрегаты были надежно замаскированы, на борту – это Урман понял, пока его сопровождали к каюте, – бодрствуют только дежурные смены. Большая часть экипажа погружена в криогенный сон.
Дверь каюты неожиданно открылась.
Урман встал. Он ожидал увидеть командира «Решительного», но порог переступил начальник мнемонического отдела полковник Рогозин. На нем был адмиральский мундир.
– Что это значит, Илья Иванович?
Двери закрылись. Снаружи в коридоре остались двое охранников.
Рогозин сел в кресло, закинул ногу на ногу, мысленным приказом активировал кибернетические системы и лишь затем, взглянув на Урмана, произнес:
– Капитан Воронин погиб. Несчастный случай при аварийной посадке «Решительного».
Урман сел в кресло напротив.
Неожиданный удар. Жаль Воронина. Толковый был командир. Рогозину до него далеко. Карьерист. Принял командование, напялил адмиральский мундир, и что дальше?
– Давай к делу, Илья Иванович. – Урман сохранил хладнокровие, хотя вопросов возникло множество. Несчастный случай на боевом мостике крейсера? Это какой же должна быть аварийная посадка, чтобы при ней погиб командир эскадры?
Рогозин отлично понимал, о чем думает полковник, и произнес, предупреждая вопрос:
– Сам должен понимать – все произошло внезапно.
«Гнилым душком тут попахивает», – подумал Урман, но сейчас до правды не докопаешься.
– Почему бездействует эскадра? – спросил он.
– У меня серьезные повреждения кораблей, – ответил Рогозин.
