На снежном фоне вырубленных руин мерцала холодом и неземностью бездонная прозрачность небес. Женщина с головы до ног обмотана снегом, глаза блестят от яркого свода планетарного центра — Ожерелья. Она затаила дыхание, словно молитву во тьме, ожидая начала, когда выстрел из рукасланника «АРГ-12» разорвет вечность в этом отрешенном ущелье....
– Я не склонен драматизировать ситуацию, – нервно усмехнулся Рогозин, – но думаю, что Конфедерация Солнц распалась. Не забывай о разнице темпоральных потоков. В Обитаемой Галактике прошло два с половиной года! За это время никто не попытался прийти к нам на помощь или хотя бы произвести разведку системы Ожерелье! На мой взгляд, это означает лишь одно: привычное мироустройство разрушено. Можешь сам проанализировать данные. Вертикали искажены на порядок сильнее, чем допускали расчеты режима Изоляции! Воздействие неизбежно передалось на всю внепространственную сеть! Планеты с орбит, конечно, не сошли, а вот межзвездной сети «Интерстар» больше нет! Единое информационное пространство разорвано! Станции гиперсферной частоты не работают! Маркировка горизонталей стерта! Помнишь, так уже было однажды, во время Семидневной войны! Ни один корабль не в состоянии совершить управляемый прыжок.
Несколько минут прошли в гнетущем молчании.
Урман встал.
– Я ухожу.
– Задерживать не стану, – с деланым безразличием пожал плечами Рогозин.
– А на что рассчитываешь ты? – Урман обернулся.
– На победу. Полную и безоговорочную. Тебе известно, кто руководит силами вторжения? Отдаешь себе отчет, что скелхи и фокарсиане – всего лишь исполнители чьей-то воли?
– Да, понимаю.
– А я убежден, что все происходящее – это отголосок каких-то давних, непонятных нам событий. Я видел, какие силы противостояли друг другу в первый день вторжения, и не брошу последнюю эскадру Содружества в жернова чужих технологий.
– Хорошо, иные цивилизации тебя не волнуют. – Урман все же предпринял последнюю попытку.
– На войне не обходится без жертв, – скупо обронил адмирал. – Я думаю о человечестве в целом. Мне возрождать Конфедерацию, если ты еще не понял. А теперь ступай. Не стану тебя задерживать. Здесь не нужны офицеры, сеющие смуту.
Урман ничего ему не ответил. Худшего и предположить было невозможно. Рогозин, восстанавливающий Конфедерацию Солнц?
«Нет. Он не способен. Мелкая, завистливая, пакостная душонка. И тиберианцев ненавидит. Никогда не скрывал этого.
