На снежном фоне вырубленных руин мерцала холодом и неземностью бездонная прозрачность небес. Женщина с головы до ног обмотана снегом, глаза блестят от яркого свода планетарного центра — Ожерелья. Она затаила дыхание, словно молитву во тьме, ожидая начала, когда выстрел из рукасланника «АРГ-12» разорвет вечность в этом отрешенном ущелье....
Ты ведь не собираешься погибнуть, выполняя задание омни? У тебя есть план спасения?
– Может быть. – Он снова уклонился от прямого ответа, а вскоре появление скелха прервало их мысленный диалог.
Глава 4
Станция омни. Внутренний космодром…
– Сегодня важный день. – Боб сел в кресло второго пилота, пристегнулся. Он никогда не пренебрегал мерами безопасности, всегда соблюдал правила.
– Что говорят омни?
– Го-Лоит впечатлен твоими успехами. Он доволен. Сегодня на Альбион отправился еще один корабль с планетопреобразующей техникой.
– Он начал платить вперед? – хмыкнул Антон.
Скелх не понял смысл вопроса, задумался, но затем все же кивнул:
– Твое душевное равновесие ценится высоко.
– Я хочу встретиться с омни.
– Нет, – отрезал Боб. – Можешь передать мне любую просьбу или пожелание.
– Тогда скажи Го-Лоиту: пусть подумает о возвращении людей на Землю. Какой смысл тратить ресурсы на борьбу с чуждой биосферой? Проще очистить от радиации и загрязнений участок родной нам планеты.
– Передам. – Скелх спокойно воспринял слова Антона, никак не обозначил своего отношения к сказанному, что лишний раз убеждало: он марионетка. Биологический робот, одним словом.
«Корпускул» тем временем поднялся над стартовой плитой. Антигравитационные двигатели, установленные на корабле, использовались только для выхода в открытый космос, за пределы станции.
Панорама космодрома медленно проплыла на экранах обзора. Открылись массивные шлюзовые ворота, обшивку объял красноватый свет габаритных огней.
– Важный день, говоришь? – Антон вывел корабль в открытый космос. Свитая спиралью, похожая на снятую кожуру апельсина станция начала удаляться. По правому борту виднелся газовый гигант. Его окружали кольца. Знакомое семейство астероидов промелькнуло нечеткими сигнатурами, солнечный ветер, овевающий обшивку потоками заряженных частиц, воспринимался нервной системой как теплое ласковое дуновение.
Жизнь изменилась в корне, но Антон старался сохранить частицы сугубо человеческого восприятия, намеренно переносил знакомые с детства ощущения на явления, никак с ними не связанные.
– Нам предстоит погружение. – Боб визуально контролировал работу бортовых систем. С некоторых пор скелху становилось все труднее считывать мысленные образы Антона, но он ни разу не поднял этот вопрос, не удивился, не спросил, почему так происходит.
Это настораживало.
