Сирена надрывно стенала, синие блики метались, отражаясь в мокрой дороге, в витринах, в стеклах встречных машин. Теперь им никто не мешал, все поспешно уступали дорогу.
– Вы кто такие? – Тарас опять обернулся и уставился в упор на Татьяну. – Бандитки?! Разбойницы?! Сумасшедшие?!
– Банда трех Тань, – усмехнувшись, сказала Татьяна, стараясь выдержать его взгляд. Она взяла пистолет и в шутку прицелилась в окно.
– Банда трех Тань! Банда трех Тань!! Ну, Ариадна Степановна! Ну, Веранда! Бандиткам квартиру сдала! Я-то, думал, вы приличная девушка, картины рисуете! – укоризненно покачал он головой, не сводя глаз с Татьяны.
– Я и приличная, я и рисую, – пробормотала Татьяна и отвела взгляд. Отчего-то ей стало вдруг стыдно перед циклопом. Отчего-то она и правда почувствовала себя преступницей.
– Уберите ваш пистолет! – заорал Тарас и вдруг абсолютно нормальным голосом спросил: – А сколько тут денег-то? – Он указал на перетянутые резинками пачки.
– Пятьдесят тысяч долларов, – ответила Афанасьева."
"– Нормально! – присвистнул Тарас. – В придорожных кафешках столько не держат. – Он выхватил пистолет из руки Татьяны, покрутил его и вернул. – Фигня! Игрушка! «Макаров», который стреляет металлическими шариками. Больно, неприятно, но не смертельно. У вашей Инги, скорее всего огромный синяк и болевой шок, не более. Так что не льстите себе, вы не убийца, – сказал он Тане.
Таня закрыла лицо руками и, кажется, зарыдала.
– Ой, девочки! Я не убийца! Это хорошо или плохо?
– За это меньше дадут, – задумчиво произнес Тарас. – А как насчет поделиться, девушки? – вдруг засмеялся он. – Это было бы справедливо!
– Я-то думала, вы приличный мужчина, Тарас, – сказала Татьяна. – Машину имеете, бабушку любите.
– Я и приличный, я и люблю. Но жизнью и свободой вместе с вами рискую. Ведь если что, мне не отвертеться!
– А что, это действительно справедливо – оплатить Тарасу Евгеньевичу участие операции, – встряла Сычева, сосредоточенно ведя машину.
– Вы прелесть, – сказал Тарас и чмокнул Сычеву в щеку.
Татьяна отвернулась к окну. Ее не должно касаться, кого и куда целует циклоп.
– Девочки, я не сказала вам главного, – отняв от лица руки, прошептала Афанасьева. – Глеб сбежал от своих похитителей! Он жив, девочки!! Жив и где-то скрывается!
– Вот так сюжет! – Сычева резко затормозила у дома.
Они приехали.
– Господи, еще и какой-то Глеб, – вздохнул Тарас, выходя из машины. – Надеюсь, он такой же приличный человек, как и все мы?..
* * *Дверь конспиративной квартиры была настежь открыта.
В прихожей было темно.
– О господи! – Сычева попятилась.
– Бежим отсюда! – Афанасьева ринулась вон из подъезда.
– Стойте! – схватил ее за руку Тарас. – Куда же вы? Я хочу знать, что происходит в моей квартире.