Автор
В изумрудных зубках Татьяны жила незаметная жизнь одиночества — уже пять лет она не читала ни одной новой книги. Но в один миг все изменилось: случайный подарок заставляет забыть о многолетнем анабиозе и вернуться к чтению. В комнату врывается расстроенный отец, доказывая Татьяне, что жизнь настолько опасна и непредсказуема, что можно потерять любовь, даже будучи женатым мужиком....
* * *"
"Дом Павловской оказался «свечкой»-десятиэтажкой.
Подъезд украшал кодовый замок и домофон. Не успела Сычева нажать нужную кнопку звонка, как к двери подошла дамочка в немыслимой шляпе, открыла дверь своим ключом и, окинув компанию пренебрежительным взглядом, сказала:
– Ну заходите, коли притопали. Опять Либерманы ремонт затеяли? Вы кто – штукатуры?!
– Штукатуры мы, штукатуры, – буркнула зло Сычева, заходя в подъезд, – маляры и плотники.
– Вы уж там поаккуратней! – строго приказала дама, втискивая поля своей шляпы в лифт.
– Это все ты со своим прикидом! – зашипела Сычева на Таню. – Позиция у нее! Вызов! Хорошо хоть милостыню не подают!
Они пешком стали подниматься наверх, отыскивая нужную им квартиру.
– А ты, вешалка, почему чешешься? Почему опухла? – раздражение, поселившееся в Сычевой после сегодняшней бессонной ночи настойчиво требовало выхода.
– Комары, – пожаловалась Татьяна. – В комнате, которую я снимаю, тьма комаров!!
– Какие в сентябре комары? – фыркнула Сычева.
– Я и сама удивилась. Наверное, из подвала. Квартира на первом этаже. Только свет выключишь, они над ухом жужжат и кусаются. Включишь – садятся на потолок. А потолки метра четыре, их никак не убить! Мы в них обувью кидались сначала, потом заснули со светом.
– Мы? – удивилась Сычева.
– Ну... там... со мной поселилась еще одна.
– Ясно. Прыткая ты! И подружку уже нашла, и квартиру сняла! Прыткая! – Они поднимались все выше и выше, выходило, что нужная им квартира находилась на десятом этаже. – Ты запомни, провинция, со столичными комарами нужно пылесосом бороться, никакая отрава их не берет!
– Как это – пылесосом?
– Включаешь агрегат и он засасывает всех мелких летающих тварей.
– Там нет пылесоса. Там вообще ничего нет. – Татьяна запыхалась и остановилась на лестничной клетке.
– Какой этаж? – Сычева достала из кармана сигареты.
– Восьмой. Кажется. – Таня привалилась спиной к стене.
– Перекур, девки!
Сычева закурила, Татьяна присела на ступеньку.
– Что-то ты, вешалка, быстро освоилась. И квартира то у нее с высоченными потолками, и подружка-сообщница. Не люблю я провинциалок! Сначала ударения неправильно в словах ставят, потом глядишь – бац! – мужика твоего отбили.
