Мы пытались внедрить в его близкое окружение женщин, но генерал очень осторожен и, имея слишком хорошую «чуйку», он всем давал отворот. А вот к вам у него неподдельный интерес.
– Эм-м... вы хотите завербовать меня?
Завьялов смотрит на меня недовольно, будто я произнесла несусветную чушь.
– Нет, нам нужно от вас лишь небольшое одолжение, вы ведь настоящий патриот своей страны, а незаконные махинации Васильева по поставке оружия, являются деятельностью, направленной против безопасности государства.
Мои губы кривятся от отвращения, накрывшего меня от этого безыскусного и не тонкого манипулирования.
– Моё государство должно мне куда больше, чем я ему, поэтому, может быть, вы меня отпустите?
Понятия не имею, что буду делать на «воле», но все лучше, чем находиться здесь, да вот чувствую, что никто меня отсюда не выпустит, пока эти дяди в серых костюмах не получат желаемое.
– Помните, Алена Александровна, что мы хотим вам помочь, – вкрадчивым голосом гипнотизирует меня мужчина. – А если выяснится вдруг, что вы еще и пособница Самойлова, то поверьте, вашей дальнейшей судьбе не позавидуешь.
Тяжело вздыхаю, поняв к чему вдруг ФСБ влезла в махинации Самойлова, которые к ним не должны иметь никакого отношения: чтобы шантажировать меня. Если они захотят меня в чем-то обвинить, то я никогда не смогу от этого отмыться и доказать свою невиновность."
"– Ваши методы недостаточно изысканны для офицера ФСБ. – Я складываю руки на груди, поняв, что меня загнали в ловушку.
Чертов Андрей! Как так выходит, что единственный нормальный вроде бы мужчина в моей жизни – это конченый подонок Самгин?!
– У нас мало времени, Алена, решайте, – голосом, лишённым эмоций, произносит Владислав. – Все произойдет завтра, с вами или без вас.
– Чего вы хотите от меня?
Завьялов сначала дает мне на подпись соглашение о неразглашении и еще нечто похожее на документ, который подписывают перед операцией в медицинских учреждениях, смысл которого заключался в том, что они снимают с себя всякую вину за смерть и вред здоровью гражданского лица, согласившегося принять участие в оперативных действиях.
– Вам ничего не грозит, вместе с вами будет надежный человек. Если случится непредвиденная ситуация, на подходе будет группа специального назначения. Мы выведем вас и арестуем его, но до этого дойти не должно, – разъясняет он, видя моё испуганное лицо.
То, что там будет спецназ, меня не то, что не радует, а пугает еще больше.
