Автор
За мной следят. Меня сбрасывают со счетов. Я возвращаюсь домой и продолжаю пить горький чай, пряча телефон за спину. Слова "Макс не мог нас найти" разносятся по городу среди толпы, я чувствую себя затерянной здесь, но знаю, что он далеко.
Сначала вызверился, так что чуть не прибил, а потом… а потом случилось то, что вообще не подчиняется законам логики.
Пора уже просто признать, что меня попросту коротит рядом с ней. Отключается здравый смысл, рациональность, даже сраная гордость и та отваливается. Что имеем в остатке? Дурака.
Утром, когда рассвет еще только начал проклевываться, я сваливаю из проклятого дома. На фиг я его вообще купил? Точно не в себе был, не докапался, наверное.
Голова варит с трудом, но работа, наоборот, идет складно. После финансовых потерь из-за развода и предшествующих ему событий, Вселенная будто решила искупить свой проступок и подогнала вагон удачи.
Большое проект с партнерами из Норильска в разгаре. Еще два других внезапно наклюнулись. Не такие крупные, но меньшими трудозатратами. С администрацией все гладко, один за другим попадаются достойные участки, которые удаётся увести раньше, чем о них пронюхают конкуренты. Денежными поток стал в разы шире.
Правильно говорят, что если одна дверь захлопнулась, то непременно должна открыться другая.
Загруженность дикая, но я кайфую от нее, с остервенением хватаясь за подвернувшиеся возможности, потому что так остается меньше времени на всякий хлам, от которого сердце в лохмотья и грудная клетка наизнанку. Работа – мой костыль, который не позволяет окончательно развалиться.
А потом…
Потом случается Армагеддон, не вписывающийся ни в одну схему.
— Максим Владимирович, вас беспокоят с поста охраны.
— В чем дело? — у меня как раз обеденный перерыв. Аппетита нет, поэтому сижу у себя и глушу черный, несладкий кофе. С недавних времен я против любых добавок.
— К вам посетитель. Говорит, вы будете рады видеть старого доброго партнера.
Я силюсь понять о ком речь. Вроде никому встречу не назначал, никто меня о приходе не предупреждал.
— У партнера есть имя? — хмыкаю в трубку.
— Да. Волкова Александра Викторовна.
Я чуть со стула не лопнулся, когда услышал это.
— Что? — то ли сиплю, то ли хриплю, дергая галстук, превратившийся в удавку, — что ты сказал?
— Александра Викторовна Волкова, — повторяет он в другом порядке. По отдельности – нормальные составляющие, а вместе – полный трындец.
Если бы в этот момент кто-нибудь видел мою перекошенную морду, то точно бы вызвал или скорую, или сразу дурку.
— Пропустить?
— Да!
Я не позволю этой суке снова скрыться.
