Нельзя обижать женщин, но некоторые дела выходят за рамки обычного этического сознания. Метеорит прилетел на Сахалин и не просто так оказался в неподалеку от дома хозяйки, чья реакция была... предсказуема и жестокой. В тени женщины прячется некое-то Нечто, готовое убить всех девочек, когда она не станет свидетельницей....
Провал слегка втянулся вовнутрь и застыл. Туша мертвого червя больше не дергалась."
"— Проверим периметр, — я взял Болванчика на ладонь. Он снова собрался в браслет и щелкнул на запястье. — Как бы вместе с этой тварью не выскочило что-то еще.
— Я могу поставить временной купол на всю деревню, — Лора поправила волосы. — Держаться будет недолго, но хватит, чтобы подручные Эля вывели всех из города.
— Справимся, — кивнул я. — Не жалей энергию на сканирование.
Толстой положил молот на хитиновое тело и он начал медленно погружаться.
— Ой! — и тут же взял оружие в руки.
Я хмыкнул. Пульс возвращался к нормальному ритму.
— Эль, — я коснулся его крыла. — Хорошо отработал. Думаю, теперь сердце этой непокорной дамы точно твое.
— Я всегда так, — он еле заметно расправил грудь и бросил лукавый взгляд в сторону дома. — Но сегодня особенно. Ради публики.
* * *Мы вернулись в дом, сбросили с себя грязные вещи у порога и прошли на кухню. Пахло дымом и мокрыми перьями. На полу были следы больших лап гусыни и маленькие Эля.
— Мать и дитя, — хихикнула Лора.
Гусыня несмело вышла к нам, пригладила перья и остановилась напротив Эля. Взгляд у нее стал мягким и теплым.
— Ты спас меня, — произнесла она, касаясь крылом его груди. — Благодарю. И да, я впечатлена твоей силой. Ты невероятен.
Эль расправил крылья, приосанился, но удержал себя в рамках приличия. Клюв дернулся.
— К вашим услугам, мадам, — он чуть склонил голову. — Всегда.
Лора прошла мимо, подцепила пальцем мой рукав и усмехнулась, не скрывая удовольствия.
— Помнишь, Миша, — бросила она тихо, — ты же сам уверял, что теперь ее сердце точно покорено. Вот и получай подтверждение.
Я хмыкнул. Эль действительно хорошо поработал и даже отыграл несколько геройских сценок.
Толстой присел на лавку, упер локоть в колено и глубоко выдохнул. С бороды стекла вязкая слизь, он поморщился и вытерся рукавом.
— Если с лирикой закончили, — ворчливо пробасил он, — давайте к делу. У Петра Первого дела без нас не встанут.
Гусыня перевела на него взгляд, собралась и шагнула ближе к столу.
— Я помогу вам с Петром Первым, — произнесла она ровно. — Я у вас в долгу за то, что вы освободили меня. Ну и просто хочу.
Мы переглянулись. Лора похлопала от радости в ладоши.
— Есть одна проблема, — гусыня опустила взгляд. — У меня нет яйца как такового.
Повисла немая сцена. Ветер прошелся по улице с завыванием. Я почувствовал, как Эль напрягся, но не сказал ни слова.
