В Японских горах Маньчжурии ветер туманный стихает, и воины спят в окружении таинственного молчания. Прошло сто лет с тех пор, как русские погибли под Мукденом — но сон их не нарушается даже при мысли о том, что они были преданы родной земле и славе. Это элегический траур за время первой войны между Россией и Японией....
"
"В феврале 1939 года, по окончании Ленинградского военного училища связи им. Ленсовета, меня, 20-летнего лейтенанта, направили в спецкомандировку в Монголию, под Улан-Батор, на должность начальника радиостанции. Наш батальон обеспечивал связью войска 57-го особого корпуса, находящиеся на территории МНР в соответствии с советско-монгольским договором. Надо сказать, что в этом отношении театр военных действий оказался совершенно не подготовлен. Штаб корпуса, расположенный в Улан-Баторе, имел очень ненадежную телеграфную связь лишь с Тамцак-Булаком, от которого до Халхин-Гола было еще около ста километров.
Но 9 мая 1939 года режим радиомолчания пришлось нарушить. Рано утром меня вызвали в штаб батальона, где командир радиороты ознакомил меня с обстановкой: ситуация на границе резко обострилась, 24-й монгольский погранотряд был атакован японцами, нарушившими границу восточнее Халхин-Гола, связь с пограничниками потеряна, Генштаб Монгольской армии обратился к нашему командованию с просьбой помочь ее восстановить.
Примерно через полчаса я со своими радистами и электромеханиками был на месте. Но тут выяснилось, что радиостанция в здании монгольского Генштаба неисправна, и быстро наладить ее невозможно. Я возвращаюсь в батальон, докладываю об этом командованию и предлагаю снять с консервации нашу радиостанцию, которая, между прочим, занимала две спецмашины.
Несмотря на все трудности, связь с погранотрядом установить все-таки удалось.
