Автор
Сегодня ты будешь первым шагом на пути к свободе и самореализации в новой роли — а именно так ты и почувствуешь себя: первый рабочий день, первый день независимости. Теплый воздух напоминает о том, что лето не за горами, будто само стремится к свободе после трех недель безот隙ного дождя....
Сейчас Ира стояла у моего стола и возмущенно кричала на Марину. У той, кажется, уже глаз начал дергаться. И тут Трегубова заметила меня.
— Это мой контакт! — крикнула она мне с таким гневом, что я невольно сделала шаг назад. — Я с ними три года работаю. Ты же два слова связать не можешь нормально! Да над тобой до сих пор все ржут! Марин, ну как так?! Я не отдам ей «Буян»!
— В кабинет к Архангельскому, живо! — рявкнула прямо мне в ухо невесть откуда взявшаяся Виолетта.
Понятно, что все тут же уткнулись в свои мониторы, а я по-прежнему ничего не понимала, разве что это касалось «Буяна», то есть холдинга Бессмертного.
Я его уже больше двух недель не видела, с той самой ярмарки. Заметку я тогда написала, Жора даже похвалил и ничего не сказал, что опять ничего не разузнала про Кощееву невесту.
— Что за кошачий визг на всю редакцию, Ир? — устало спросил Архангельский, как только мы втроем зашли в его кабинет. — Не весна еще, чтобы так орать.
Рядом хмыкнула Соколовская, а я по-прежнему не понимала, что здесь делаю.
— Жора, я спецкор, я четыре года здесь работаю, но такое… — Тут она презрительно посмотрела на меня и закончила: — Впервые!
— Все бывает впервые, Ир.
— Завтра большая пресс-конференция «Буяна» и «Аркадии». Они договор подписывают, будет сам Бессмертный, он уже сто лет на таких мероприятиях не появлялся. У меня к нему столько вопросов!
— И что?
— Да то, что меня не позвали! — заверещала Трегубова. — Меня. Не. Позвали. Первый раз такое.
