Антон оказывается в центре странного взаимодействия между историческими фигурами вроде Петра I, Толстого и Онегина, а также загадочным Федором. Их общение и странные явления, связанные с Федором, создают напряжение в деревне Пудож. Возникает интрига вокруг неясных сил и будущего событий.
Раздел Chitat.online для книги «Я еще царь. Книга XXX» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Антон оказывается в центре странного взаимодействия между историческими фигурами вроде Петра I, Толстого и Онегина, а также загадочным Федором. Их общение и странные явления, связанные с Федором, создают напряжение в деревне Пудож. Возникает интрига вокруг неясных сил и будущего событий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Антон оказывается в центре странного взаимодействия между историческими фигурами вроде Петра I, Толстого и Онегина, а также загадочным Федором. Их общение и странные явления, связанные с Федором, создают напряжение в деревне Пудож. Возникает интрига вокруг неясных сил и будущего событий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Новостей было реально много, но обо всем по порядку.
— И это все новости? — спросил я, скосив глаза на дверь. А то кто его знает, вдруг там притаилась еще тележка другая.
В ответ в комнате сгустилась тишина. Все смотрели на меня как на инопланетянина.
— Кем ты, по сути и являешься, — хихикнула Лора. — Показушник!
— Наверное, никогда не привыкну к этому… — почесал нос Трофим. — А ведь я когда-то считал, что, прочитав «Войну и мир» за неделю, поставил какой-то там рекорд…
— Да, это все, Миша, — сказала Надя, сидящая в кресле. — У тебя есть… вопросы?"
"Ну я, конечно, молодец, раз за пять минут осилил пятнадцать тысяч страниц мелким шрифтом, но вопросов у меня действительно накопилось и немало. В первую очередь это касалось самой «верхушки». То есть нашего бывшего гуся, а ныне губернатора Сахалина. Или его уже можно назвать премьер-министром?
Задав пару уточняющих вопросов, я перешел к основным темам.
— Вот тут целая глава про повышение налоговых сборов, — и я пролистал этот гигантский томище до нужной страницы. — Это как понимать? Да еще и на 14%!
Надя вздернула нос:
— У нас и зарплаты неплохо так выросли! Как и траты на инфраструктуру, Миша. Извини, но раз мы теперь отдельное государство, то деньги приходится доставать откуда получается. Из воздуха они не берутся!
— Что, съел? — ткнула меня в бок Лора. — А сам-то заплатил свой налог, а? Ваше величество?
Что ж, ответ Нади меня в целом удовлетворил. Самое главное с этим делом не перегибать. Да и если люди видят изменения вокруг себя в лучшую сторону, то поймут, что деньги идут в дело, а не в карманы к каким-то проходимцам. А то, гляди, память про Леонтьева и Меладзе еще жива в умах каждого.
Пролистав том еще раз, я остановился на разделе с тратами на дороги, детские сады, школы, больницы и прочую инфраструктуру. А там все шло в гору.
— Пойдет! — кивнул я, листая книжищу. — С новыми законами вы тоже, гляжу, времени зря не теряли…
Надя вздернула нос еще выше и начала загибать пальцы:
— Во-первых, раз у нас иное государство, то и систему законодательства тоже пришлось переделывать под наши нужды. К тому же, далеко не со всем, что было при Романове мы с Элем согласились. Половина банально устарела, а вторую половину делали, скорее всего, под нажимом интересантов, вроде Меладзе. Во-вторых…
И она принялась перечислять кучу нюансов в законодательстве. Оказалось, что Имперской юридической системе была куча «дыр», которые с удовольствием пользовались те же Леонтьев и Меладзе, чтобы проворачивать свои делишки. Их она со своими верными помощницами латала до сих пор.
— … и когда мы закончим, черта с два у кого-нибудь, вроде них, получится творить что-то подобное! — и она подняла вверх палец. — У нас теперь диктатура закона, господа!
И она зловеще расхохоталась.
