Автор
В темноте и морозном ветре город казался невероятно далеким. Мирослав глубже натягивал капюшон толстовки и укрывал голову руками, чувствуя холод пронизывать каждый сантimeter его теплого платья. Алиса подтвердила температурный показатель: минус два, как будто за окном — минус одиннадцать. Вот так началось нарушение правил для Мирослава в новом Клубе....
В этот раз у меня даже получается вникнуть в текст статьи, а затем перебрать часть препаратов, хранящихся в сейфе для особенно тяжелых случаев.
Так увлеченно проверяю сроки годности на препаратах, что не замечаю Катю, вошедшую в кабинет.
— Так, что у тебя случилось? — Подруга упирается обеими ладонями в стол и внимательно смотрит на меня. — Лицо как у школьницы, которая случайно зашла в мужскую раздевалку.
Я резко вскидываю голову и натягиваю на лицо максимально невозмутимое выражение.
— Ничего, — парирую слишком быстро.
Катя хмыкает, обходит стол и усаживается на его край, скрестив руки на груди.
— Врешь, Виктория Андреевна. Я тебя слишком хорошо знаю. Рассказывай, — она складывает руки на груди и приподнимает темные брови, от чего ее и без того большие глаза, становятся похожи на два блюдца.
Я прикрываю веки, вздыхаю, но понимаю, что сопротивляться бесполезно, и все же сдаюсь:
— Мирослав… потерял полотенце… прямо передо мной.
Произношу это вслух и понимаю, как глупо это звучит.
— Я серьезно! — возмущенно вскидываю руки, и тут же улыбаюсь, точно как девчонка из одиннадцатого класса. — Это было… — облизываю губы. — Неожиданно.
— О, я в этом даже не сомневаюсь! — Катя обнимает себя за живот, пытаясь успокоиться. — Ты… ты красная до ушей. Вик. Это бесценно. Как давно я тебя такой не видела.
— Катя… — прошу ее, — не надо.
— Ладно-ладно, все, — она старательно делает серьезное выражение лица, от чего у меня вырывается смешок. — Я собралась. — Подруга вытирает слезы смеха. — Но ты хотя бы оценила? Ну, знаешь… так, профессионально? — С чисто женским любопытством смотрит на меня.
— Уйди, неугомонная! — Прыскаю от смеха, кидая в подругу ручкой.
— О, да брось, — Катя снова смеется. — Хорошо, что это был не кто-то из наших ветеранов. А Мир… ну, что тут сказать. Природа не обделила его внешними данными.
— Катя! — Я уже не могу ни злиться на нее, ни смеяться. Ну вот что за человек, а? — Иди работать, а то я сейчас начну спрашивать про Лешего, — угрожаю ей.
— Все, все, я ухожу, — смеется она, поднимая руки. — Но, — подруга становится серьезной, — ты будь осторожна, Вика. Ты же понимаешь, что в клубе такие вещи не остаются незамеченными? Если до владельца дойдет, головы полетят только в путь. На этот счет он жесткий мужик.
— Я понимаю.
