Вот как начинается новый театральный сезон: ты будешь выглядеть великолепно, найдёшь себе достойного жениха, а может быть, даже нескольких. Мионела уверена в успехе: уже к обеду она принесёт тебе фрукты. Муж твоего будущего супруга не против того, чтобы ты была с ним на премьеру. Вечер будет великолепным: весь свет приходит, и вот ты увидишь, как этот граф твёрдо решит за тебя....
– За три световика думаешь, мне подготовят что-либо достойное? – вырвалось у Аделины скептическое, а потом, тряхнув головой, добавила, – Хотя, какая разница? Где будет проходить церемония?
– При замке.
– Здесь? – удивлённо посмотрела на мужчину.
– Да, в столице есть храм глубинной – огромный, помпезный, но я подумал, что тебе будет комфортнее пройти обряд здесь, в святилище при замке.
– Да, так будет лучше, – пробормотала Аделина потерянно, и в этот момент она выглядела такой испуганной, взволнованной, что Леандор, едва сдерживая эмоции, выдохнул:
– Дели, не переживай – всё будет в порядке, – попытался успокоить её, при этом умолчав, что после официального представления государь выразил желание побеседовать с новоиспечённой герцогиней.
В этот момент София подошла к матери и положила ей голову на колени, прервав разговор родителей. Подхватив дочь на руки, Аделина поднялась:
– Она устала, – произнесла с улыбкой. – Пойду её уложу.
– Добрых снов, Дели, – пожелал тихо и не ожидал, что Аделина обернётся:
– Добрых снов, Леандор.
Глава 23"
"Ещё не рассвело, когда горничная разбудила Адель, объявив о прибытии модистки. Быстро приведя себя в порядок, она приняла известную во всей Алазии портниху в своих покоях. Энергичностью этой уже, кстати, немолодой женщины с цепким взглядом и повадками заправского дельца, прониклись все – и сама Адель, и дворецкий, который ожидал в гостиной и слуги.
– Не тушуйтесь, милая, – одёргивала она Аделину, – я за свою жизнь повидала столько женских задниц и сосков, что мне завидуют все мужики королевства!
Ворвавшись в спальню ураганом, запихнула Аделину за ширму, чтобы скрыть её от глаз своих помощниц и чуть ли не сорвала с молодой женщины домашнее платье:
– Вам с такими бёдрами не пристало носить юбки подобного кроя! – выговаривала она Аделине, деятельно обмеряя лентой округлости. – А вот декольте могли бы более глубокое себе позволить и знаете что? – прищурила глаза и, не продолжив, кивнула сама себе, повернула молодую женщину к себе спиной, – О, какие ягодицы! – воскликнула, вгоняя Аделину в краску.
Ещё ни одна женщина с таким энтузиазмом не рассматривала её тело и не обсуждала с такой эмоциональностью.
В итоге, обескураженная Адель согласилась с выбором модистки тканей, фурнитуры и украшений, положившись на её профессионализм.
