Теплая полутьма комнаты переливалась мерцающими бликами от фонаря, который он разбил на себе во сне. Голова заставила повернуться в его сторону — и взгляд поймал неожиданное явление: мужчина в ночной рубашке стоял в дверях комнаты, почти полностью обнаженный.
Я обязана буду по ней отчитаться, – объясняется женщина и снова протягивает мне планшет с бумагами.
Меня от противоречивых чувств раздирает на части. И, кажется, что, если я подпишу эти бумаги, то потеряю что-то очень ценное и важное.
Чувствую, как на плечи мне ложатся теплые ладони. Поднимаю глаза. Аркадий коротко кивает головой. Мужчина прикрывает меня собой от пронзительных глаз Игната.
– Не бойся, я помогу, – бормочет так тихо, что это могу слышать только я.
– Я не могу, – всхлипываю, а в следующую секунду воздух вздрагивает от утробного рычания мотора.
"Хлопнув глазами. Отталкиваю Аркадия, но, вместо автомобиля, вижу ту самую представительницу органов опеки, которая кладет в сумочку утолщенный белый конверт и стайку полицейских, направляющихся к служебному автомобилю.
– Он уехал? – не удерживаюсь от вопроса, утверждающего факт.
– Да. Игнат Георгиевич торопился, но с ним мы уже завтра все детали проживания вашей дочки обсудим. Создадим комиссию, и посетим ваш дом. Надеюсь, там не возникнет никаких вопросов.
Мне ничего не остается делать, как поставить свою роспись.
Женщина, добившись своего, суетливо прячет документы в папку.
– Подождите, а как я смогу увидеть дочь? Мне можно вам позвонить? Или …
– Ну, здесь мы вам не помощники. Это только с мужем вам договариваться, а так, теперь через суд. Вот если бы мы девочку забрали к себе, вы могли бы ее навещать, а так… Ничем помочь не могу.
Женщина, круто развернувшись на каблуках, мелкими шажками, не оборачиваясь, направилась прочь, оставляя меня в полном недоумении.
Кристина, недолго думая, и тоже, по виду, растерянная, прыгнула в припаркованный неподалеку перламутровый кабриолет, уехала с места событий.
– Что это сейчас было? – задает глупый, но вполне уместный вопрос мать.
– Я думаю, что сейчас мы наблюдали за тем, как можно быстро и за деньги лишить человека самого важного…
– В какой-то степени ты права, Ксюш, – подтверждает мои слова Аркадий.
Глава 12
Два дня проходят, словно в тумане.
Я вроде бы и кручусь, как белка в колесе. Устройство на работу. Переезд. Но чувство неудовлетворенности и какого-то томительного трепета внутри не покидают меня ни на минуту. Я постоянно думаю об Игнате и о Кире. Эти две ключевые фигуры полностью занимают мой мозг, поэтому решение проблем дается с трудом, через силу.
