Девушки шли по берегу ручья, размышляя над загадочными преданиями и слухами, когда внезапно на них накинулась дракониха. Три девицы не просто живут в мире чудес - они сами являются частью легенд. Встреча с драконихой изменит их судьбу насовсем.
Это участь любой королевской дочери — своим браком поспособствовать политическому укреплению и только молиться, чтобы муж был не слишком старым. А твой будущий муж, смею заметить, молод. Считай, что тебе повезло. Твоим сестрам может повезти еще меньше. И этот союз — лучше, чем свадьба с тем голозадым идиотом, который просил тебя в прошлом месяце!
— Сэр Вильям, папа, — поправила я его очень спокойно, — он не идиот.
— Зато голозадый, — не сдавался отец. — А Сомарецы — одна из богатейших семей, к тому же, милорд Сомарец — друг и родственник нашего короля.
— Один вопрос, — сказала я хмуро. — Из какой семьи была моя мать? Хоть настоящее имя-то ее вы мне назовете? Вдруг у меня есть могущественные родственники, которые проявят обо мне заботу гораздо большую, чем вы.
Только что мой отец был красный, как вареный рак, и вдруг кровь сбежала с его щек, как по волшебству.
— Только имя, не прошу больше ничего, — я смотрела на него, и он не смог выдержать мой взгляд — отвернулся и как-то странно сгорбился. — Отец? — и я сделала то, чего никогда раньше не делала и знала, что никогда больше не сделаю — положила руку ему на плечо. — Ответьте.
Он кусал губы, и я видела, как он не желает отвечать на мой вопрос.
— Папа, — позвала я мягко, — прошу вас, не молчите…
Он вскинул на меня глаза, и я увидела страх. Только чего отец боялся? Не меня ведь…
— Ее звали Кандида дель Стрига, — сказал он, наконец, как будто шагнул в пропасть.
— Дель Стрига? — я призвала на помощь все свои познания в истории королевства. — Я не знаю таких. Они графы? Или маркизы? Если «дель» — значит, с юга и…
— Все дель Стрига были казнены тридцать лет назад, обвиненные в колдовстве, — сказал отец. — Твоя мать сбежала и пряталась в наших лесах.
Если бы он ударил меня второй раз, я была бы поражена меньше.
— Ведьму?! — переспросила я, чувствуя, что губы еле шевелятся. — Что вы такое говорите, отец?.. Я… я не ведьма!..
— Мне пора, — отец оттолкнул меня, и я отступила безвольно, как деревянная кукла на ниточках.
